На окраине очередного села медленно садился вертолёт, высаживая группу спецназа.
Тошиба замёрз и перебрался на броню, закинув ноги на сетку эжектора. Он грел их о выхлоп машины, укрывая лицо воротником бушлата от ветра и грязи. К вечеру добрались до позиций. Скачков доложил Макееву, распрощавшись с Тошибой.
– Скорее всего, завтра пойдём вперёд, – сказал взводный, глядя на Саню, – так что не расслабляйтесь. Все машины должны быть на ходу и с полным боекомплектом. На построении я уже об этом говорил.
А теперь получи сухой паёк и выспись как следует.
В блиндаже первого взвода громко смеялись. Почти все были трезвые. Истомин навёл шороха среди своих казаков перед наступлением. Контрактники вспоминали забавные случаи, связанные с периодом срочной службы. Пехота внимательно слушала, разинув рты и постоянно перебивая. Особенно если рассказ касался первой чеченской войны. Булат говорил не торопясь, делая интригующую паузу там, где это нужно, внимательно наблюдая за реакцией бойцов.
– Не поверите, ребята, – продолжал контрактник, – в дерьмо можно вляпаться в буквальном смысле слова.
– И? – нетерпеливо спросил Титов, пока Булат прикуривал папиросу."
"– И стал наш взводный собирать этот гостинец методом проб и ошибок в полной темноте на ощупь. После сборки долго искали место, куда прибор поставить, а вокруг бои идут. Пули и осколки летают, как комары на болоте. Игрушка дорогая, сами понимаете. – И куда вы с ней? – опять перебил Серёга.
– Титя, ты помолчать можешь? – крикнул Гера.
– Решили разместить у одного из оконных проёмов бассейна, – затянулся папиросой Булат, морщась от едкого дыма, – но вот незадача вышла.