Я продолжал разминать ее ступню, и Обри даже закрыла глаза от удовольствия.
– Мне нравится эта идея.
А уж мне как нравится, Принцесса.
– Хочешь знать, что я подумал, когда впервые увидел тебя?
Она усмехнулась.
– Не знаю.
– Я просто глаз не мог от тебя оторвать. Ты и так выглядела роскошно, но твоя улыбка, когда ты играла с этой идиотской статуэткой Обамы, просто покорила мое сердце…
– А мне-то казалось, что ты с первого взгляда меня возненавидел.
– На самом деле мне тогда тоже захотелось покататься. Но только вовсе не на байке.
Наши глаза встретились, и я заметил, что зрачки ее расширились. Твою мать. Она явно возбудилась. Я сильнее прижал большие пальцы к подъему ее стопы, и Обри закрыла глаза и издала слабый стон.
– Боже, как же мне нравится этот звук… – Мой голос прозвучал хрипло, и я почувствовал напряжение в паху.
Я продолжал массировать ее ножки, и мышцы ее расслабились, но росло напряжение иного рода – между нами пульсировала сексуальная энергия в ее чистейшем виде. Обри явно наслаждалась моими прикосновениями, постепенно поддаваясь страсти, которая захлестывала ее все сильнее.
– Чэнс… – простонала она, закрывая глаза. Я медленно склонился над ней.
– Об…
Внезапно раздавшийся звонок в дверь произвел на Обри такой эффект, словно на нее опрокинули ведро ледяной воды. Она широко распахнула глаза, и ее тело застыло. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что она подумала и чего так испугалась.
– А вдруг это… Ричард?
– Ну и что? Мы же не делали ничего предосудительного.
– Но… я ведь ничего не рассказывала ему о наших отношениях.
Я внезапно понял, что лучшая защита – нападение, и поднялся с дивана.
– А между нами действительно кое-что происходит.
– Ты понимаешь, что я имею в виду…
Тут снова раздался настойчивый звонок в дверь.