Даже если для тебя все это не так важно, прошу тебя, помни, что ты заслуживаешь счастья.
На мои глаза навернулись слезы.
О, Боже.
Он застал меня врасплох с этим признанием, и я просто потеряла дар речи. Это были прекрасные слова, но звучали они точно завуалированное прощание.
В выражении его лица не было ничего издевательского. Он действительно думал так, как говорил.
Я не слышала ничего из того, что потом произносил «Элвис», пока до моего слуха не донеслись слова:
– …в соответствии с законами штата Невада и властью, которой я наделен, я провозглашаю вас мужем и женой.
Я отвела взгляд от Чэнса и принялась энергично крутить головой, показывая «Элвису», что хочу пропустить эту часть обряда, что мы не будем этого делать.
– Мы не будем целоваться.
Неожиданно большие теплые ладони Чэнса обхватили мое лицо, и он склонился ко мне со словами:
– Черта с два не будем!
В ту же секунду он жадно приник к моим губам.
«Элвис» кашлянул.
– Хорошо. Это все очень мило, но другая пара ждет своей очереди на церемонию.
Чэнс, наконец, оторвался от меня.
Почти в полубессознательном состоянии я посмотрела на него. Волосы его были взъерошены моими пальцами. Его взгляд буквально пронизывал меня. Чэнс казался почти таким же ошарашенным, как и я.
Твою мать, что же это такое?
Наше настроение изменилось, когда, выходя из часовни, мы обнаружили еще две пары, ожидающие своей очереди в зале. Первая пара выглядела так, словно им не терпелось скорее покончить с церемонией и прямо здесь приступить к медовому месяцу. Жених был наряжен в костюм цвета американского флага – красные штаны и синий пиджак со звездами, белую рубашку и красно-белый полосатый галстук.