Совесть же я заглушал самым убойным аргументом – если мы не будем вести наступление, то очень скоро уже города моей родины окажутся под обстрелами артиллерии. Не знаю, что предполагает моя роль спасителя мира, но спасать всех и сразу я не собираюсь.
- Вот насчёт гражданского населения я и хотел поговорить, - снова взял слово генерал-майор. – Увы, но за эти три дня почти никто из гражданских не покинул город. Более того, находящиеся в Бухаресте войска заставляют всех, кто способен держать оружие, готовиться к обороне.
- Вот же пидоры конченные! – Не сдержался Виталий. Впрочем, я и да все остальные, судя по выражению их лицам, были с ним абсолютно солидарны. – А эти солдаты из вассальных народов просто позволяют гнать своих соотечественников на убой?
- Из здешней группировки войск нет ни одного из местных, их заблаговременно перебросили на восток.
- А султана вообще ничего не смущает в такой стратегии обороны? – Спросил я. – Да даже если война закончится для него достаточно благоприятным способом, то его потом свои же подданные на вилы насадят, не помогут никакие элитные части турков.
"- Кто будет его на вилы насаживать если он сейчас делает всё, чтобы нашими руками избавиться от угрозы его власти в будущем? На кавказском фронте практически аналогичная ситуация. Им пришлось взять в осаду два города и уже чуть меньшими силами продвигаться дальше. А это означает, что мы вынуждены оставлять в тылу опасные очаги сопротивления и выделять людей с техникой, чтобы не дать им прорвать осаду. Плюс для султана сейчас важно лишь остановить наступление, поменять ход войны в свою пользу.
Вот ведь сучий потрох! Знал, что турки будут действовать грязно, морально готовился к тому, что придётся принимать непростые решения. Но султан умудрился удивить в худшем понимании этого слова. Выставлять против вражеской армии гражданских заставляя их воевать… Нет, обычная казнь не для него. Помирать будет долго.