Я так до конца и не определился как быть и что делать дальше."
"Но сегодня после пар, подъезжая к одному из своих салонов, я словил жаркий пинок в живот.
Она. Моя Агата.
Глава 66
POV Демид
Я со всей силы вцепился в оплетку руля, умоляя себя не делать резких движений и уж тем более не выходить из машины и не бежать к ней, сломя голову. Хотя сделать это было первым моим желанием. Но я только пожирал ее глазами и продолжал сидеть в чертовой тачке. Да, я ее любил и весь принадлежал только ей одной, но топтать себя и свои чувства снова позволить не мог.
Черт!
Тело выламывало и выкручивало от желания вновь стиснуть ее стройную фигурку в руках, вдохнуть полной грудью ее неповторимый умопомрачительный запах и сойти с ума от кайфа. Терпеть, черт возьми, просто терпеть — вот все, что я сейчас мог.
А иначе, нас только такая жизнь и ждет, что любой сможет зайти, натоптать своими грязными ногами в нашем чистом и светлом мире, а потом уйти, оставляя после себя кучу дерьма.
Агата еще с минуту покрутилась у салона, а потом все же ухватилась за ручку и потянула дверь на себя. А я тут же взял трубку и набрал номер администратора.
— Макс, это я. Там сейчас девушка в салон зашла в белой шапке и пальто в клетку. Так, если спросит меня, то сразу мне сообщи и никуда ее не отпускай. Понял?
— Понял, Демид Матвеевич.
— Дальше. Марика сегодня работает? — и получив утвердительный ответ продолжил, — Отлично.
— Да, Демид Матвеевич. Не волнуйтесь, все будет.
И я отключился, умоляя небеса, чтобы Макс перезвонил мне и сказал, что Агата действительно пришла ко мне, а не за татуировкой. Только вот облом. И позже, когда эйфория от встречи с ней схлынула, я понял, что название своего детища говорил ей всего лишь один раз, рассказывая, что мы попали в десятку самых лучших тату-салонов столицы.
Злой и на нервяке вышел из машины и двинул в сторону входа. Вопросительно посмотрел на Макса, и он кивнул мне, безмолвно сообщая, что все в порядке. Вздохнул и потопал к себе в кабинет, но вместо того, чтобы работать, включил камеры видеонаблюдения и битый час облизывал Малиновскую своим влюбленным до одури взглядом. Господи, ты Боже мой, до чего же она была красивая.