Я поставила большие котлы на огонь и налила воды, когда услышала тяжёлые шаги в коридоре. В дверной проём вошёл Гром, и одного взгляда на его мрачное лицо было достаточно, чтобы понять — случилось что-то неприятное.
— Эмма, — сказал он без предисловий, — к воротам прибыл тот торговец, но не один, с ним маг. Они требуют тебя.
— Какой маг? — осторожно спросила я, стараясь не выдать волнения.
— Высокого ранга, судя по знаку на мантии, — мрачно ответил Гром. — Инспектор, наверное. Говорит, что прибыл по жалобе торговца.
— Они ждут у границы барьера? — Я нервно сглотнула. Значит, тот мерзавец всё-таки пожаловался на меня.
— Да. За каменной полосой, как обычно. — Гром презрительно скривился. — Торговец выглядит довольным, а маг… маг выглядит как те, что приезжают к нам за редкими тварями, попавшими в ловушки.
— Понятно, — выдохнула я, собирая остатки мужества. — Тогда пойдём. Лучше не заставлять их ждать.
Мы молча направились к воротам общины. По дороге я заметила, как орки поглядывают на нас с тревогой.
У ворот меня ждала неприятная картина. За знакомой каменной полосой, обозначающей границу барьера, стояли две фигуры. Первая была мне хорошо знакома — тот самый наглый торговец, что вчера привёз гнилые продукты. Сегодня он выглядел торжествующим, а его телега стояла демонстративно пустая.
Рядом с ним возвышался высокий мужчина лет тридцати пяти в тёмно-синей мантии с серебряными знаками отличия на груди. Тёмные волосы аккуратно убраны назад, строгие черты лица, холодные серые глаза. На груди красовался знак Высшего Мага — серебряный круг с вплетёнными в него рунами власти. Такие знаки носили только маги пятого круга и выше.
Я остановилась в нескольких шагах от границы барьера, чувствуя, как колотится сердце.
— Ты Эмма? — спросил он ровным, официальным тоном.
— Да, господин инспектор, — ответила я, стараясь держаться прямо.
— Инспектор Корвин из Высшего Совета, — представился он. — Прибыл по жалобе гражданина Мертона.
Торговец — значит, его звали Мертон — довольно заулыбался и выступил вперёд.
— Вот она, господин инспектор! — воскликнул он с показной обидой.