Можешь не верить, но мы женаты только на бумаге. Я в жизни к ней не прикасался. Я вообще никогда не был с другой женщиной, кроме твоей матери, — с оттенком тепла в голосе говорит Черепов и смотрит на Анну.
Не уверен, можно ли здесь чем-то гордиться. Большинство мужчин засмеялись бы, узнав, что Сергей за свою жизнь занимался сексом с одной-единственной женщиной. Но по мне, в этом действительно что-то есть. Беспрекословная верность — это то, чем действительно можно гордиться. Не каждый способен устоять перед соблазном, а они наверняка были.
— От кого же Виктория тогда была беременна и где ребёнок? — спрашиваю я.
— Этого я не знаю. Сразу после свадьбы она сделала аборт. Неудачно. Вика стала бесплодной. Это вторая причина, почему у нас не может быть детей.
— Поправьте, если ошибаюсь, — медленно говорю я. — Но получается, что мы с вами — единственные потомки Череповых по мужской линии?
— Да.
— Пи***ц, — вырывается у меня.
— Саша! — возмущённо восклицает мама.
— Прости, прости. Случайно вырвалось. Зато это прекрасно выражает мои эмоции.
— Понимаю, — усмехается Сергей.
— А вот я не понимаю кое-чего. Вы женились на Виктории и сделали всё, как приказал ваш отец. За что тогда вас изгнали из рода?
— Из-за кого, Александр. Из-за тебя. Когда стало известно о беременности твоей матери, об этом писали повсюду. Вика пошла к моему отцу и рассказала о нашей с Аней связи, да он и сам подозревал, что мы тайно встречались. Вывод легко было сделать, не так ли? Он решил спрятать меня, чтобы, если Аня расскажет, кто отец, князь Грозин не объявил нам войну.
— И как бы ваше изгнание помешало деду объявить войну?
— Формально я перестал быть членом рода Череповых. Повод для войны стал бы незаконным. Максимум, что сделал бы твой дед — убил меня. Но Аня так и не рассказала, кто твой отец.
— И не расскажу! — громко говорит мама. — Саша, ты должен пообещать, что тоже никому не расскажешь. Ты представляешь, какой будет скандал?
— Скандал — это не страшно.
"— Ты прав, к сожалению. Поэтому нам всем нужно продолжать хранить эту тайну, — говорит Сергей. — Доказательств того, что я твой отец, нет. Мой отец и Вика могут думать что угодно. Но если мы объявим это официально — ситуация изменится.
— Саша, поклянись, что никому не расскажешь! — мама вонзает в меня строгий взгляд.