— А вот пусть он и скажет, голубчик — что и кому он упер, — злобно воскликнул Мелехов, — ты шубы-то, барышня, пересчитай. Поди цыганам снес, они тут неподалеку стоят.
— Цыгане? — встрепенулся Михаил Алексеевич. — Да где же?
— Отпираешься, стало быть?
Управляющий посмотрел на Сашу с немым вопросом — мол, что этому блаженному привиделось?
— Говорит — крадете вы, — пояснила она с неловкостью.
— Грешен, — весело согласился враз повеселевший Михаил Алексеевич, — утащил свиной окорок из ваших запасов.
— Окорок? — изумилась она.
— Для ведьмы.
— Тююю, дьявольское отродье, — совсем разозлился Мелехов, — перстни да деньги, Саша Александровна, проверь!
— Для той самой, которую мы видели вчера? — впечатленная, Саша подхватила Михаила Алексеевича под руку, подталкивая его в сторону дома. — И что же вам охота пришла относить ей окорок в потемках? Или вы так ухаживать вздумали?
Он рассмеялся, учтиво открывая перед ней дверь.
— А ты молодец, бдительный, — крикнула Саша Мелехову, прежде чем зайти внутрь.
— Это еще что за явление? — появившись из кухни с самоваром, буркнула Марфа Марьяновна. — Куда это вас носило в такое время?
— А вот Михаил Алексеевич ведьме окорок таскал, — охотно сказала Саша, — Марфушка Марьяновна, пусть Груня завтрак подает. Послушаем заодно деревенские сказки.
Эхом вспомнились ей слова лекаря: «Моя бабушка была сельской ведьмой и могла порчу навести одним взглядом.
Вздохнув, Саша прошла в столовую под грозный окрик кормилицы:
— Во что это ты, сумасшедшая, вырядилась? Собралась корову доить?
— А мне в корсетах по деревне разгуливать?
— В смирительной рубашке! Попадешь в Прядильный дом, будешь есть одну овсянку! Что про нас Михаил Алексеевич подумает?
— А он вообще известный плут, стоит ли переживать о его мнении!
— Александра Александровна, — сокрушенно попенял ей он.
"Саша села за пустой пока стол, подперла подбородок ладонями и посмотрела на него с любопытством.
— Ну говорите же быстрее, — поторопила она, — что вам понадобилось от ведьмы?
— Будущее хотел увидеть, — ответил Михаил Алексеевич, усаживаясь напротив, — однако оно покрыто туманом.
— Теперь к цыганам пойдете? — спросила Саша, от которой не укрылось, как встрепенуло его известие о том, что неподалеку стоит табор.
— Обязательно пойду, — согласился он.