Марат осторожно поманил ее к себе и кивнул на окно, за которым на балконе под сильным ветром трепыхалась вешалка с рубашкой, одним краем задевая стекло.
— Я чуть от страха не померла, — честно призналась Катерина.
— Я тоже, — кивнул Марат, выходя на балкон и закрывая окно. Они вернулись в спальню, понимая, что хотят есть, любить друг друга, болтать и заниматься чем угодно, но только не спать, несмотря на позднюю ночь. Алтаев привычным движением сунул обратно в шкаф биту и, подняв голову, замер.
— Это что такое? — просипел он, ткнув пальцем в коробку, оказавшуюся точно напротив его глаз.
— А-а, — хохотнула Катерина. — Вибратор «Феликс»!
— Он тебе больше не понадобится, — рыкнул Алтаев и добавил усмехнувшись: — Если только ты не захочешь пользоваться им в моем присутствии.
— Ну нет! — наотрез отказалась Катя и даже покраснела от смущения.
— Тогда, — скомандовал Алтаев и, достав коробку двумя пальцами, подошел к окну. Катерина в немом изумлении следила за его действиями, но сочла за благо промолчать.
— Все, — пробурчал Марат, сгребая Катерину в медвежьи объятия. — Только я один, Катя!
— Это даже не обсуждается, — пробормотала она, прижимаясь к нему всем телом.
— Я так больше не могу, — рыкнул он, подхватывая ее на руки. — Разбудила меня, Катя, теперь придется ответить.
— Рубашка твоя…
— А плечики твои, — прохрипел он, прерывая дискуссию сладким поцелуем.
После работы Феликс Сарычев снова встретился с Лидой.
— Куда пойдем? — поинтересовался он, украдкой оглядывая новую знакомую. Слишком простое платье в цветочек и с нашитым кружевом говорило о хорошем вкусе хозяйки и непомерной цене."
"«В ЦУМе куплено. В Питере или в Москве. У нас таких вещей днем с огнем не сыскать. Да и стоит, наверное, больше ста тысяч, — мысленно скривился он, внезапно вспомнив, что Катерина никогда такие дорогие вещи не покупала, считая подобные траты пошлостью и бескультурьем.