Он улегся в зале, накрывшись пледом, но так и не сомкнул глаз, надеясь до завтрака попросить у жены прощения и начать все заново.
«Повышение, блин! А она ломается», — раздраженно подумал он. А утром так и не дождался, когда Катерина Альбертовна изволят встать.
Кате тоже не спалось, но она побоялась до утра выходить из комнаты. Мало ли что взбредет в голову бывшему. Лишь убедившись, что БМВ Феликса вырулил на улицу, спустилась на кухню позавтракать со свекрами.
— Как спалось, Катенька? — елейным голоском поинтересовалась свекровь.
— Все хорошо, Антонина Яковлевна, — так же благостно сообщила Катерина и обронила невзначай: — Я вроде раньше ночевала в этой комнате…
— Та комната старая, а диван новый, — хмыкнула Антонина. — Фелечка мой небось всю ночь снился?
— До утра заснуть не смогла, — не стала врать Катерина.
— А вот пустила бы мужа под теплый бок, то и сны бы привиделись чудесные.
— Ваш сын, — Катя резко оборвала свекровь, — уже давно мне не муж.
— А Феликс сказал, что вы обратно сходитесь, — вставил изумленный свекор.
"— Не знаю, на ком женится Сарычев, — хмыкнула Катя, — но я замуж не собираюсь. Ни за Феликса, ни за кого другого. Меня в этот адов гадюшник теперь фиг заманишь.
— Разрушили институт брака проклятые империалисты, — покачал головой свекор.
— Практически уничтожили, — едко заметила Катерина и, повернувшись к застывшей Алисе, велела: — Собирайся, Лисеныш, к Глебу сейчас поедем.
— Ладно, а оттуда в «Мираж», мне нужно платье, — вскинулась дочка и побежала одеваться.
— Я вот не понимаю, Алексей Иванович, империалисты тут при чем? Это они вашего сына шастать по бабам заставляли? Руки заламывали, из борделей не выпускали?
— Катя, — охнула свекровь.
Катерина допила кофе и встала из-за стола.
— Я не знаю, во что решил поиграть ваш мальчик, — горестно объявила она. — Но, если попросит денег на свадебные приготовления или на подарок, ничего не давайте.
Поцеловав оторопевших родителей Феликса, Катя метнулась к себе в комнату и переоделась в злосчастное платье. Кофейные капли, пятна вина и запах рвоты. Обалдеть!
— Домой заедем переоденемся, — заявила она дочери, но увидев около своего подъезда Марата Алтаева, в просторечии именуемого Виталей, попросила водителя такси не останавливаться.