— Наследство твое, цены немалой? — тоном Маньки Облигации уточнил Алтаев.
— Ладно, Марат, встретиться нужно, поговорить.
— Да я не против, — согласился он. — Заодно решим, сколько ты мне за аренду должен.
— Разберемся, — яростно прорычал Корнеев и нажал на кнопку отбоя.
— Я даже рад, что Виталя у меня на участке живет, — хохотнул Марат. — Любые Вовкины предъявы сходят на нет, стоит только упомянуть про аренду.
— Ну ты и гусь, — фыркнул Руслан. — Вовремя догадался подписать договор с Корнеем!
— Ага, он мне теперь должен, как земля колхозу.
Марат вспомнил, как после сделки приехав в Синичкино, отправился смотреть новый участок, планируя в ближайшее время снести старенькую избенку, где когда-то жили дед и бабка Корнеевы.
— Хорошо хоть, прежде чем дать команду сносить, хватило ума в дом зайти! — похвалил себя Марат. — А там на старой кровати с сеткой Виталя дрыхнет! Приступ у него ночью случился.
— Просто Корней не думал, что бумаги имеют какой-то вес. Все решал по понятиям.
— Но это время прошло. А теперь каждый месяц я отправляю нашему другу детства уведомление о задолженности и новый счет за месяц.
— Много накопилось?
— За два года пол-ляма накапало, — заржал Алтаев.
— Ну да, — кивнул Руслан и закашлялся от нетерпения. — А какую ты арендную плату поставил за месяц?
— Двадцать тысяч, — фыркнул Марат. — Я же думал, что Вовка, увидев такую цену, постарается побыстрее переселить Виталю. А он подписал не глядя.
— Идиот, — рассмеялся Руслан и кивнул на видневшийся впереди особняк с коваными поручнями и мраморным крыльцом. Остановка «Антарес», — хохотнул он. — Едет Буров прямо в лес.
Алтаев весело фыркнул, а затем бросил в сердцах:
— Хапнуть «Антарес» много ума не надо. Буров уже готов. Сам на блюде преподнесет. А вот как от Кати Вовку Корнеева отвадить, пока не пойму. Этот придурок все ей какую-то брошку вспоминает и золото.
— Про золото пусть и не заикается, — отрезал Руслан. — Дядя Михей получил компенсацию и дал расписку Науму.