Метнувшись на землю, Юрий выдернул из чьей-то мертвой руки пулемет и, не разбирая цели, палил в сторону развалин, пока в глазах не смешались земля и небо.
* * *Положив письмо пана русского офицера в сумочку, Алгбета резво побежала по узкой улочке, круто спускавшейся к берегу Влтавы. На повороте она задержалась и вытянула ногу, чтобы полюбоваться на чудесные туфельки, которые мать разрешила надеть ради праздника Победы. Коричневые, с белыми кнопочками туфельки облегали ногу так ладно, что Алгбета чувствовала себя по меньшей мере герцогиней, если не сказать – принцессой.
Алгбете недавно исполнилось шестнадцать лет, и она была по уши влюблена в соседского Вацлава. Ах, Вацлав! Он участвовал в восстании против фашистов, и если бы не подоспели русские танки, то быть беде.
От мысли, что могло бы случиться с Вацлавом, если бы фашисты победили, у Алгбеты похолодело в груди. Она потрясла головой и улыбнулась: что толку думать о том, чего не произошло? Главное, что сейчас поганый Гитлер отравился, а Вацлав жив и здоров, и еще на улице стоит прекрасная погода и светит солнце.
И все это счастье чехам подарили те русские, что ворвались на танках в Прагу. От немолчного гула сотен моторов старая Прага очнулась и вздрогнула.
– Ура! Русские! Русские!"
"Ошалевшие от счастья горожане неслись на улицы, засыпая советские танки охапками весенних цветов. Хозяйки совали в руки солдатам снедь, бутыли домашнего вина, колбасы, булочки.
Вблизи ратуши толпа народа подхватила на руки автомобиль с советским военачальником Коневым. Теперь его фамилию знает вся Прага. Смеясь, он выскочил на землю – обыкновенный человек, который смог подарить жизнь ее Вацлаву и многим тысячам чехов.
На своем недолгом веку Алгбета никогда не видела, чтобы Прага ликовала с таким упоением.
Желая угодить пану офицеру, Алгбета решила не опускать письмо в почтовый ящик, а отнести прямо в почтовое отделение. Правда, путь к офису лежал мимо руин разбомбленного особняка. Говорят, там вчера нашли убитого русского солдата, но если превозмочь страх и пробежать быстро-быстро, то ничего страшного не случится. В конце концов, комендатура обыскала все окрестности.