Дорога домой или Цена престола

— Угу.

— И я запру тебя на ключ, — продолжил он.

Вот теперь принцесса вскинула голову, глаза широко распахнулись.

— Ты не можешь! Не имеешь права!

Что давало понять, что ее смирение было всего лишь уловкой, и она просто-напросто хотела отделаться от надсмотрщика и сбежать.

Гэбриэл хмыкнул. Искушение отпустить ее на все четыре стороны было велико, но не надо быть провидцем, чтобы предсказать, чем это кончится.

— Я имею на это право хотя бы потому, — медленно, с расстановкой произнес он, чтобы до нее, наконец, дошел смысл его слов, — что потом мне вытаскивать тебя из неприятностей.

Тебе уже чуть было не оторвали голову, когда ты отказалась меня слушать. Я больше не хочу никого убивать, чтобы вытащить тебя.

Эрилин вспыхнула, обиженно поджала дрожащие губы, а потом резко забралась на постель прямо с ногами и отвернулась к стене.

— Уходи, — придушенно пробормотала она."

"Гэбриэл кивнул своим мыслям и вышел, как и обещал, заперев за собой дверь на ключ. Во внезапное смирение этой взбалмошной девчонки он не верил.

Слезы бессилия душили.

И это о нем она думала, как о самом понимающем человеке? Эрилин думала, он о ней заботится, искренне хочет помочь, а, когда ей срочно понадобилась его помощь, запер ее и ушел.

А каким холодным и равнодушным было его лицо, когда он говорил это свое «нет», преграждая ей путь к двери.

Да что он себе думает! Несмотря на безграничную благодарность, которую она к нему испытывала, Гэбриэл не имел никакого права решать за нее, а уж тем более запирать. Эрилин вдруг вспомнила, как запер ее дядюшка Ридок, когда она узнала о смерти отца.

Эмоции вернулись вместе с воспоминанием, ей показалось, что стены давят, а воздуха не хватает.

Она взрослая, она имеет право решать, что и как ей делать. И если ей удастся найти Эмира, вместе они выберутся, и тогда помощь Гэбриэла не понадобится. А пока он будет составлять план, брат может погибнуть.

Эрилин встала и снова заходила по комнате. Прошел уже почти час, как Гэбриэл ушел, но учащенное сердцебиение не успокаивалось.

Она чувствовала себя преданной, обманутой, совершенно беспомощной.

«Я задыхаюсь!»

Принцесса подбежала к окну и распахнула раму. В помещение ворвался прохладный свежий воздух, и она, наконец, смогла вздохнуть полной грудью.

Окно выходило во двор. У привязи обнаружилась ее лошадь, которую последние дни они делили с Генти, коня Гэбриэла не наблюдалось. Запер ее и уехал по своим делам? Ах, ну конечно, у него же свое задание, которое гораздо важнее...