Дорога домой или Цена престола

— Хорошо, — согласился Гэбриэл, хотя заранее знал, что пожалеет.

Они отправились в путь сразу же после обеда.

— А нам далеко ехать? — спросила Эрилин.

Гэбриэл хмыкнул.

— Не все ли равно? Ты же не хотела сидеть в гостинице.

— Просто интересно, — принцесса понурила голову. — Не хочешь, не говори.

— Недолго, — сжалился Гэбриэл над ее любопытством. — До вечера доберемся. Тут недалеко рыбацкая деревня.

Эрилин помолчала, а потом неожиданно сказала:

— Спасибо.

Этого он не ожидал.

— За что? За то, что сказал, куда мы направляемся?

— Нет, — ее голос звучал глухо, — за то, что согласился взять меня с собой.

Я ведь вижу, что ты ни разу не оставался со мной наедине в течение многих дней. С того разговора на чердаке.

Гэбриэл удивился еще больше. Неужели она не заметила, что он старался не оставаться с ней наедине и задолго до этого?

— По крайней мере, когда ты со мной, я уверен, что ты в безопасности, — честно сказал он.

Эрилин нахмурилась.

— Иногда ты относишься ко мне как к ребенку.

— Иногда ты ведешь себя как ребенок, — напомнил Гэбриэл.

Взять, к примеру, хотя бы один ее побег на поиски брата...

Принцесса только вздохнула, понимая, что в этом споре она проиграет.

— А к кому мы едем? — снова спросила Эрилин, промолчав всего пару минут. — Ты же говорил, что Лигас — твой единственный друг. А тут оказывается еще один.

Раз уж он взял ее с собой, врать и скрывать что-либо не имело смысла.

— Он не то, что друг, — признался Гэбриэл, — мы были знакомы не больше месяца восемь лет назад.

Он спас меня однажды, но далеко не только физически, помог разобраться в себе, когда я окончательно запутался. Без него не было бы меня сегодняшнего. Я ему очень благодарен, и хотел бы увидеть. Надеюсь, он жив, — Эрилин, не понимая, посмотрела на него, и Гэбриэл пояснил свои последние слова: — Он еще тогда был стариком. Много лет прошло.

— Понятно, — протянула принцесса. — И когда же он спас тебя? — воспользовавшись его разговорчивостью, она немедленно задала новый вопрос. — Восемь лет.

.. Снова эта цифра. Год, когда ты сбежал от сатанидов?

Что ж, считать Эрилин умела.

— Хорошо, — согласился Гэбриэл, — я расскажу...

...Вместе с сознанием в тело пришла боль, всепоглощающая, затмевающая собой все другие чувства. Он попытался отключить физическую боль, но ничего не вышло, сил было слишком мало.

Он лежал с закрытыми глазами и слышал голоса, но не мог разобрать ни слов, ни кому они принадлежат. В голове стоял туман, не позволяющий мыслить ясно.