Халат был расстёгнут на одну пуговицу больше необходимого, открывая вид на ключицы и начало ложбинки на груди.
— Вы пришли в себя? — спросила дрожащим голосом.
— Думаю, да, — кивнул, стараясь не смотреть на её декольте. — А вы?
— Мирослава, — тут же отшатнулась девушка, наконец убрав руки. — Я медсестра в этом поезде, а вы находитесь в вагоне-лазарете.
Попытался сфокусироваться на ней получше, игнорируя реакцию молодого организма. Личико действительно милое — правильные черты, большие выразительные глаза, пухлые губы.
"Но сейчас было не до этого. В голове всплыли обрывки последних событий. Кровь Василисы, чёрная субстанция, мир без красок и звуков, заларак…
— Где мой артефакт? — резко поднялся с кровати.
Девушка вскрикнула и чуть не упала назад. Пришлось подхватить её за локоть, не дав грохнуться на пол. И тут обнаружил, что совершенно голый. Взгляд медсестры невольно скользнул вниз, потом быстро метнулся обратно к лицу.
Понял, чем именно занималась девушка, пока я был без сознания. Моё тело исследовала. Очень подробно, судя по тому, как она краснела и пыталась не смотреть в определённую сторону.
Быстро схватил простынь с кровати и обернул вокруг бёдер. Ткань была грубой, казённой, пахла больничным мылом и чем-то дезинфицирующим.
— Где мои вещи? — спросил я.
— Господин! — поклонилась она низко. — Простите меня!
— Что? — поднял бровь.
— Вы не подумайте ничего такого, — девушка уже начала пускать слезу. — Вас принесли сюда таким. Я вместе с доктором провела осмотр, дала зелья. У вас не было травм или повреждений, поэтому решила исследовать каждый сантиметр вашего тела. Вы всё-таки граф.
Слёзы стекали по веснушчатым щекам тонкими дорожками. Губы дрожали, руки сжимались в кулачки. Бедная девочка боялась, что её сейчас накажут за излишнее любопытство.
— Вещи мои где? — повторил терпеливо.
— Понимаете… — начала дрожащим голосом. — Ваш вагон разорвало, вот только взрыва не было.
Она тут же куда-то метнулась, принесла мои чемоданы из угла лазарета.
— Вот ваши сумки! — показала, ставя багаж на пол. — Я ничего не трогала и не смотрела.
Один — с вещами, другой — с кристаллами. Я выдохнул с облегчением. Посмотрел в окно: мы продолжаем ехать. Пейзаж за стеклом менялся, колёса стучали по рельсам привычным ритмом.