Ясно?
– Да, малыш, – приторно-нежным тоном произнесла девушка, – я буду самой нежной и заботливой, – она неожиданно провела рукой по его крепкому плечу, спустилась к груди, гладя при этом ему в глаза.
– А ты мне нравишься такой, – проговорил он тихо, чувствуя, как мгновенно все внутри него реагирует на такие простые безобидные прикосновения.
– Какой? – уточнила Ниночка и потерлась об его плечо словно кошка.
– Покорной, – выдавил из себя Ефим, злясь на коварство блондинки. Его руки сами собой потянулись к ее талии.
– Я буду такой только для тебя, – слишком ласково проговорила Ниночка, касаясь губами его щеки и заставляя парня едва заметно вздрогнуть.
Келла прикрыл глаза.
– Пока, Рылий! – гаркнула неожиданно Ниночка ему на ухо и убежала, оставив парня в крайне раздосадованном состоянии.
– Платье покупать будешь со мной! – крикнул он вслед ей.
Но девушка даже не обернулась. Она, как стрела, пролетела по ступеням, вырвалась из подъезда и почти бегом бросилась к машине. Время уже было близко к полудню, а она всю ночь не появлялась дома – мать ее убьет.
И она оказалась права. Софья Павловна, приехав из больницы и не обнаружив дочь дома, сначала разозлилась – к тому же и Ирка сказала, что Ниночка опять убежала веселиться. Однако время приближалось к полуночи, а Нина все не появлялась, и женщина разволновалась. Нет, она отлично знала, что ее девочки любят повеселиться в клубах, и всячески покрывала их перед отцом, прекрасно понимая, что запретный плод – сладок, а лучший способ контролировать детей – давая им свободу, но также она понимала, что Нина не такой человек, который, зная, что отцу плохо, убежит на тусовку.
"За свой поступок Софье Павловне было отчасти стыдно – эмоции и страх за любимого супруга взяли свое. Однако теперь она испугалась еще и за Нину. В голову стали лезть всякие нехорошие мысли, и рано утром, не выдержав, Софья Павловна позвонила Нинкиному крестному.