На крыльях

– Да.

– Прости.

– Не на тебя. На него.

– Все равно прости.

Мы замолчали на несколько секунд, глядя друг другу в глаза.

Уже второй апрель подряд в твой жизни появляется мерзкий самодовольный парень.

– Как ты меня нашел? – спросила я.

– Мне сказали, что тебе стало нехорошо и тебя унес какой-то тип, – брезгливо произнес Антон.

– Из-за вида крови, – выдохнула я. – Вчера я не боялась крови. А сегодня…

Тропинин спросил вдруг осторожно:

– Он тебя как-то обидел?

Хоть голос его был мягок, я знала, что за напускным нордическим хладнокровием прячется пылкий нрав.

– Нет, – покачала я головой.

Он взял мои руки в свои.

– Я поняла, что это не тот человек, с которым я должна общаться, – пришлось признаться мне.

– Рад, что ты это поняла, – медленно кивнул Антон. И я вдруг подумала, что он, наверное, заранее знал, как и Нинка, что наше с Кезоном общение ни к чему хорошему не приведет. Только Антон молчал: он не хотел выглядеть ревнивцем, ограничивающим мою свободу. И он верил мне.

– Не потому, что он плохой.

Мне кажется, он хороший человек. Но я правда считала его своим другом. А он… Ты ведь слышал: он сказал, что я ему нравлюсь, – призналась я, потрясенно глядя на своего парня. – Просил дать ему шанс. Говорил ерунду. Боже…

Антон приподнял бровь и вдруг усмехнулся:

– Ему не стоило забывать, что тебе нравлюсь я.

Наши лбы соприкоснулись.

– Я люблю тебя, – мой голос был нежен, тих, но уверен. – Очень. Ты ведь знаешь, Антон. Но Кирилл был таким хорошим другом… Друг-музыкант, из другой страны, интересный и позитивный.

Ну у кого такие друзья еще есть? Мне жаль, что так вышло. Ненавижу терять людей. Ненавижу, когда они уходят.

– Уходят только ненужные, – сказал Антон.

Он сел рядом, одной рукой обнял меня, а второй вытащил мобильник, позвонил Филу и попросил его прийти на лоджию.

И до того, как Филипп пришел, мы сидели в обнимку. Не целуясь, как обычно, не разговаривая, а молча.

В голове вился рой мыслей. Я все еще была в шоке.

Теперь ты можешь гордиться! В тебя влюблена звезда!

У меня лишь одна звезда – и ее свет греет меня сейчас.

– Ты думаешь о нем? – ревниво спросил Антон. – Думай обо мне. Всегда думай обо мне.

– В этом у тебя нет соперников, – призналась я. Я думала о нем постоянно: вспоминала, мечтала, строила планы…

– Я хочу на море, – зачем-то сказала я. – Мы ведь съездим?

– Летом. У меня будет несколько важных выступлений. У тебя – экзамены. А потом – съездим.

– И ты тоже будешь на экзаменах? – спросила я.