— Вам…к-хе, к-хе… голых высылать?
— Что?!
— Голых девиц, говорю, высылать вам на почту?
— Каких голых девиц?!
— Пять соискательниц прислали свои фотосессии в стиле ню.
Облонский поднес чашку ароматного кофе к губам и завис.
— Конечно, высылайте. Что добру зря пропадать, — через пару мгновений расплылся в хищной улыбке он.
Глава 2. Маша
«Требуется секретарь в приемную строительной компании «НИГМА». В круг обязанностей входит встреча гостей и клиентов, ведение личного графика руководителя, прием звонков, выполнение мелких поручений».
Я сжала в руках кружку с недопитым зеленым чаем и с тоской посмотрела на всплывшую в ноутбуке вакансию. Может, позвонить?
На самом деле я никогда не планировала работать секретарем. Да и в строительстве торговых площадей ничего не понимала. Закончила филфак, с гордостью устроилась на работу в школу, и только тут поняла — на школьную зарплату очень скоро протяну свои стройные ножки. Я бы, может, и проработала годик-другой, но мой жених — Александр Волков, завидный тридцатилетний бизнесмен с тяжелым характером, а если проще — один из местных авторитетов, содержащий подпольное казино в самом центре города — нашел развлечение на стороне.
Жуткая правда заключалось в том, что пойманный с поличным Волков ничего страшного в измене не увидел.
— Ты куда рыпаешься, дура?! — нисколько не смущаясь присутствия своей блондинистой пассии, больно впился цепкими пальцами в мой локоть Волков. — Или правил поведения в моем доме не выучила?! Твое дело покорной женой быть! Ждать меня дома и родить наследника! Остальное тебя не касается!
Некрасивая сцена на глазах у всего торгового центра, мои неловкие попытки освободиться от цепкого плена его руки… в итоге меня просто затолкнули в огромный джип и отправили в особняк Волкова, расположенный в элитном коттеджном поселке «Солнечный» — остыть и подумать о своем неподобающем поведении.
В тот вечер в наказание за непокорность будущий муж запер меня в своей гостиной на втором этаже, а сам уехал по делам своего нелегального казино.
Не знаю, как я решилась на побег. Видимо, мной двигал инстинкт самосохранения. Я больше не желала иметь ничего общего с этим жестоким человеком.