Всего мгновение, а я уже снова счастлива. Снова улыбаюсь.
— Ты не спишь, — Левон прижал меня к себе, стиснул так, что грудная клетка жаром вспыхнула. — Кара, давай всех прогоним? Я хочу остаться наедине со своей женой и моим будущим ребёнком.
— Куталадзе, кого ты обманываешь? Трахаться ты хочешь со своей женой, а ещё встречать голышом курьера, жрать пиццу и смотреть кино, обнявшись на шкуре у камина, — я обернулась, обвила шею мужа руками, легонько поцеловала в подбородок. Его черные глаза горели пламенем… Таким ярким, искренним, согревающим.
— Да, ты права. А ещё я порядком устал от родителей… Кар, может, ты воспользуешься опцией женской мудрости и намекнёшь, что пора бы и честь знать?"
"— А ты сам виноват. Да-да! Кто растрепал про беременность? Ты… Вот, Куталадзе, теперь и расхлёбывай! У меня нет претензий. Мамочка готовит завтрак, свекровь занимается ужином… Я снова девочка, ожидающая своего первенца.
— Вообще-то у меня были планы, — Левон стянул бретельку моей сорочки, прижался губами и замер, наслаждаясь мгновением.
— Ну, давай поговорим, — я оттолкнулась, села в позу лотоса, нарочно выстроив между нами дистанцию. — Через час мне нужно быть в Ледовом, поэтому давай скоренько.
— Ты торопишь меня?
— Именно. Левон, если честно, то мне совсем не хочется обсуждать то, что было. Не хочу, понимаешь? Не потому что сомневаюсь, не потому что страшно, а потому что я устала думать о том, как бы могла поступить правильно. Я хочу ошибаться здесь и сейчас, хочу любить тебя здесь и сейчас. Я дышу, летаю, жду ребёнка как в первый раз. Давай начнём с чистого листа?
— Давай. Но только через исповедь. Давай, Карина Куталадзе, не будь холодной женщиной, отпусти грехи супругу? — Левон снова потянулся, но я выставила руку.
— Хорошо… Тогда ответь на один вопрос.
— Давай…
Искала в его лице испуг, изменения, но ничего не находила. Левон как улыбался, так и продолжил. Уверен был и в себе, и в своей честности.
— Ты хоть раз изменял мне? — выдохнула единственный вопрос, что так и вертелся на кончике языка.
— Что есть для тебя измена?
Я чуть не захлебнулась от ярости! Бросилась на него, сцепляя руки вокруг его шеи, намереваясь задушить.