Невидимые музыканты на хорах играли зажигательную мелодию кварты*, а в свободной центральной части кружились в танце пары, объединяясь в каре и снова разделяясь.
Сегодня король праздновал свой успех.
Но за любой успех приходится чем-то жертвовать.
— Дорогой зять, — послышалось слева.
Дитерикс, целовавший в это время ручку леди Исельнир, слегка поморщился. Скрипучий насмешливый голос принадлежал Джефрэйсу, князю Аренгарта. И похоже, тот только начал шутить.
— Да, уважаемый тесть?!
— Я думаю, мы можем уже опустить любезности и перейти на ты?
— Можем, — улыбнулся, показывая крепкие белые зубы его величество Дитерикс.
Дамы считали, что у короля красивая улыбка, подданные, что властная, враги же называли ее волчьим оскалом. Джефрэйс не ошибался на его счет, он и сам был таким же в молодости.
— Так вот я о чем, Дитер, не пора ли окончательно подтвердить нашу сделку?
Дитерикс вздернул брови и усмехнулся, а леди Исельнир, пользуясь тем, что за могучей фигурой короля ее не видно, зашипела, словно рассерженная кошка, и вцепилась в руку Дитерикса собственническим жестом.
— Да! Самое время, черт побери! Хоть это и отрывает меня от приятного общества.
С этими словами он поцеловал любовницу, глядевшую на него обиженно, и встал из-за стола. Весь зал тут же взорвался смешками и скабрезными шутками.
— Не хочу отдавать вас ей даже на минуту!
— Иса, перестань, я приду к тебе, как только покончу с этим делом, — бросил он любовнице.
— Не вздумайте появляться у меня, не приняв сперва ванну! — леди Исельнир надулась, за ее колкостью скрывалась ревность.
— Моя дорогая, не делай такие злые глазки, тебе не идет! — Дитерикс захохотал и ушел.
А пир в зале продолжался.
* * *Король был весел. Отправляясь в собственную спальню, он думал о том, что теперь старый хрыч Джефрэйс обеспечит ему постоянные поставки минеральной соли, которую использовали как присадку при выплавке знаменитой оружейной стали Маркленда.
* * *Собственно, старый пройдоха Джефрэйс сам был рад сбыть ее с рук. Теперь по договору его девчонка Мариг должна родить наследника Маркленда, а остальное князя Аренгарта не интересовало.
Пусть Дитерикс как угодно обращается со своей женой, лишь бы заделал ей ребенка.