– И где ж ты, голубчик, винтовку господина Бердана видел? Их в наших краях еще не появлялось, я бы знал, – спросил он, с интересом рассмотрев штуцер."
"– То-то я думаю, что где-то видел уже такое, – задумчиво протянул Елисей, старательно морща лоб и потирая виски.
– Беда у него с памятью, господин майор, – вздохнул комендант, успокаивающе похлопав парня по плечу. – Мор тут у нас прошел. У него вся станица вымерла. Из всех жителей он один жив остался, да только память потерял. Доктор наш его осматривал, сказал, что такое бывает.
– Да, про мор я слышал, – кивнул майор, удивленно разглядывая парня. – А как же вышло, что ты выжил?
– Бабка отмолила. А так меня уж и поп соборовал и молитву прочел. Только зарыть осталось, – вздохнул Елисей. – А господь по-своему рассудил. Один из всей станицы остался.
– Родители, значит, тоже? – аккуратно уточнил майор.
– Угу.
– Да уж, чего только на свете не случается, – удивленно вздохнул офицер, снимая фуражку и быстро крестясь. – Ладно, парень, – вернулся он к делу, возвращая Елисею штуцер.
«Знал бы ты, как много я всего умею», – хмыкнул про себя Елисей, коротко кивнув.
В его уверенности не было ничего удивительного. В прошлом это была одна из его прямых задач во взаимодействии с регулярным подразделением.
– Ишь ты. Даже не задумался, – хмыкнул майор. – Ты хоть понимаешь, что с тобой будет, если батальон в засаду угодит?
– Не пугайте, ваше благородие. Я уже год как умер, – фыркнул Елисей и, развернувшись, отправился обратно в крепость.
– Ты куда? – растерянно окликнул его майор.
– Припас в дорогу собрать надо. И оружие сменить.
– Через два часа жду тебя у дальних ворот, – крикнул ему в спину офицер.
– Буду, – коротко сообщил Елисей, прибавляя шагу.
– А с дисциплиной у него не очень, – фыркнул майор, поворачиваясь к коменданту.
– Зато голова работает так, что иному и позавидовать можно, – не остался тот в долгу. – К тому же не стоит забывать, что парень не реестровый. Одно слово, сирота. Так и будет теперь один жить.