и начинается танец.
Мужской.
Едва привыкшие к вспышкам, мои бедные глаза округляются! Я, конечно, девушка современная и раскованная, но так уж жизнь сложилась, что к двадцати двум годам на мужском стриптизе побывать не удалось ни разу. Да и не сказать, что я к этому стремилась.
Мужчина, лет двадцати пяти, отлично сложен. У него длинные, до плеч, вьющиеся волосы, забавная кожаная обтягивающая одежда. Он начинает двигаться так, что я краснею до ушей и растерянно смотрю на присутствующих. Девчонки веселятся, что-то кричат, подбадривают.
А потом, когда стриптизер каким-то образом ловко стягивает с себя майку и штаны, оставаясь в одних плавках, я руками лицо закрываю. Так и планирую сидеть до окончания сюрприза.
Для меня это слишком. Нет, не подумайте, что я ханжа. В нашей с Даней постели запретов нет, мы целуем друг друга везде, где только хочется. А хочется нам каждый день. Я обожаю доставлять ему удовольствие орально, обожаю щипать и гладить его упругую задницу. Но это моя любимая задница. Принадлежащая Данилу.
Сейчас мне демонстрируют другую слишком навязчиво.
Возбуждения я не чувствую. Скорее смущение и стыд.
Вдруг зал взрывается овациями, я убираю руки и вижу, что мужчин уже двое! Они что, одинаковые?!
Близнецы продолжают танцевать, теперь уже совсем рядом со мной. Один наклоняется, второй выгибается.
Неловкость достигает максимума. Становится неприятно.
Понимаю, что не хочу, чтобы об меня терлись два незнакомых мужика. Делаю знак ведущей, что хватит, но она не замечает его.
Я отрицательно качаю головой. Если девчонкам нравится, пусть смотрят. Я посижу за своим столом и напишу что-нибудь Данилу.
Пытаюсь встать и сбежать, но меня не пускают!
Видимо, танцоры думают, что это игра такая. Я пораженно взмахиваю руками и падаю на свой стул.
— Расслабься, этот вечер для тебя! — кричит один из них.
— Мне душно! — кричу в ответ.
Вновь встаю на ноги, тогда один из мужчин эффектно тянет меня за плечи назад. Меня взрывает злостью! Терпеть не могу, когда трогают без разрешения!
Запах чужой кожи наполняет нос, свет по-прежнему приглушенный.
Я вдруг чувствую себя беспомощной. Следом пронзает иррациональный ужас.
Будто забываю, что среди друзей. Что не одна. Проваливаюсь в ту ночь, когда звала Данила, но он был слишком далеко и не слышал. Он не мог слышать и не мог помочь мне.
Силы покидают. Я закрываю лицо руками и начинаю плакать. Кажется, этот кошмар никогда не закончится.