Кивает задумчиво, после чего произносит:
— Мне приятно, что ты настолько мне доверяешь, что готова добровольно впустить в свой разум. И блок поставлю, как только эгит завершит твоё обучение.
О этой штуке за ухом я уже, по правде сказать, и забыть успела. Насчёт доверия… а какой у меня выбор? Позволить всем шариться в моих мыслях? Лучше уж кому-то одному. Кто уже это делал и не причинил вреда. Больше того спас меня и моего ребёнка и продолжает помогать. К тому же привёл в свой дом. Мало ли что мне доведётся тут увидеть и услышать.
— Скажите, Рок. То, что вы вчера говорили… Что мне закрыт путь домой. Это без вариантов? — я очень стараюсь выглядеть спокойно, хоть сердце и трепыхается в горле.
— Если не хочешь умереть и убить своего ребёнка при обратном переходе, то без вариантов. Тебе нужно принять тот факт, что ты тут… очень надолго, Соломия, — произнося это, мужчина наблюдает за мной из-под полуопущенных ресниц, небрежно откинувшись на спинку кресла.
Вот-только расслабленность его позы не вводит меня в заблуждение. Почему-то сейчас его ко мне внимание ощущается ещё более хищным, чем раньше, словно я чем-то… повысила свою ценность. Тьфу, бред в голову лезет. Сдалась я ему… Но и добрым альтруистом он не выглядит. Тогда почему мне помогает? Ладно в лесу спас. А сейчас? Зачем это всё? Компаньонка, одежда, опека? В чём его интерес? Вот просто так взял ответственность за чужого ребёнка, только потому что теперь должен его… подпитывать? И за меня тоже? Слабо верится.
А пока попробую разобраться и найти хотя бы какие-то решения.
— Рок, я хотела сказать, что безмерно благодарна за то, что вы для меня сделали вчера… и сегодня.
По мере моей речи его брови удивлённо ползут вверх.
— Работу? В твоём положении? — уточняет недоверчиво мужчина. И в его голосе появляется угрожающие стальные нотки.