- Ты слышишь, что я говорю! – срываюсь на крик.
- Слышу, Ирочка. Слышу. Ты где сейчас? С тобой все в порядке? Ты не ранена? – сыплет вопросами.
- Со мной все порядке, - докладываю сбивчиво. - Я в машине. Одна. Боря с Сохновым всех повязали… - выглядываю в лобовое стекло. Брат уже кому-то звонит, орет в трубку, а Петр Васильевич застегивает наручники и пинает ботинком в бок лысого. Того самого, что стрелял.
- Я понял. Из машины не выходи, - велит мне Степан и отключается. Нормальный поворот? И приказы такие же, как и у моего брата.
«Никуда я не пойду. У Борьки Крузак бронированный. Ему папа свой отдал когда-то», - вздыхаю я и снова выглядываю в лобовое.
На обочине, уткнувшись лицом в грязь, лежат связанные отморозки.
«Кто они? На кого работают?» - думаю в ужасе. Если разобраться, кто-то решил отправить меня к праотцам и нанял киллеров. А у них ничего даже в душе не шевельнулось. Легкие деньги.
Сохнов с Борькой стоят чуть в стороне. Разговаривают медленно, даже чуть лениво. Перетирают.
«Почему же он сразу Степану не позвонил?» - Ежусь от хмурого взгляда.
Сохнов докладывает четко, по военному, а потом что-то предлагает Борьке. Тот через плечо огрызается, видимо матерится. И бежит к машине.
- Ты как? – распахивает дверцу с моей стороны. – Тебе врач нужен?
- Нет, все в порядке, - блею я.- Просто испугалась, - тянусь к брату. – Это же меня убить хотели? Боря?! – реву, прижимаясь к холодной куртке.
- Глупости, Иришка, - обхватывает мою голову брат. Наспех целует в висок. – Это отморозки какие-то… просто перепутали, - объясняет как маленькой и тянется за пиликающем телефоном. – Зорин. Слушаю, - рявкает по-военному. – А-а, ты… - тянет, садясь за руль. Не отрывая трубку от уха, заводит двигатель. – Нет, с ней все в порядке, - рычит раздраженно, видимо с Криницким разговаривает и отрезает упрямо. – Нет. Мне здесь делать нечего.
- Как? Зачем? Не имеешь права! – вскрикиваю от отчаяния. Видимо, Степан тоже негодует. И тогда мой брат переводит разговор на громкую связь.
- Послушайте меня, голуби шизокрылые. Злой дядя Боря вам сейчас объяснит. Кто и зачем обстрелял кортеж, мы не знаем. Поэтому мальчик Степа будет разбираться в этой мутной истории, а девочка Ира вернется в Москву, где я смогу ей обеспечить нормальную защиту.