Кряхтя, тролль извлек из-под сюртука амулет, похожий на товар сувенирной лавки: белый круг, синее кольцо, голубое кольцо, в центре – вертикальный черный зрачок.
Я полез в Интерфейс:
Око Праматери
+50 к скрытности
+500 к защите от ментального воздействия
– Отлично! У меня денег не хватило на такие штуки, даже спрашивать о цене не стал.
– То правильно. Цена им – от двухсот золотых. Пойдем со мной.
Тролль-Хатбор проковылял в дровяной чулан. Оттуда, как я догадался, на улицу вел черный ход.
– Ты слишком приметен. И я. Изменимся оба, то правильно будет.
Я ожидал какого-то ритуала, древних обрядов. Но, порывшись за поленницей, Хатбор достал черный парик, накладные усы и клей. Некоторое время трактирщик трудился надо мной, прилаживая щеточку черной щетины под нос. Потом нахлобучил на меня парик и приказал:
– Ссутулься.
Послушно сгорбился. Тролль обошел меня по кругу, удовлетворенно покивал и закончил преображение дряхлым серым плащом, скрывшим мою одежду и мечи.
– Хорошо. Теперь я.
Здесь нельзя было надеяться на банальный маскарад, и в дело пошла-таки орочья магия. Ничего зрелищного: Хатбор встал на колени, сцепил руки на груди и начал раскачиваться, ритмично мыча примитивную мелодию из трех нот. Под это убаюкивающее пение я слегка задремал и пришел в себя будто от толчка в грудь.
Передо мной, сердито насупившись, стоял гном.
Натуральный гном в расшитом золотом и каменьями камзоле, с бородой, заплетенной в две аккуратные косы (к кончикам подвешены серебряные колокольчики, офигеть!), седовласый, метр с кепкой в прыжке.
– Ты готов?
– Да. Хатбор, склоняюсь перед твоим мастерством.
– То – умение труса, – хмыкнул гном, у него даже голос изменился, стал типичным гномским, как из бочки, басом. – Воину постыдно применять его.
– У меня на родине есть поговорка: в любви и на войне все способы хороши.
Гном склонил голову к плечу:
– То хорошая поговорка. Никогда не слышал. Мне нет дела до твоей родины, Бур, но даже я понимаю: ты – чужак. Будь осторожен, другие тоже это понимают. Молчи, не говори без дела.
Обескураженный, я кивнул. Гном-Хатбор вышел на улицу; выждав несколько минут, я двинулся за ним."
"План наш был прост, как три копейки, и нагл, как обкурившийся подросток, и потому имел все шансы на успех.