Владислав беспокоится за свою шкуру. Как предсказуемо.
— Я слушаю твоё предложение.
— Явись к моему брату. Расскажи, что некто попытался убить тебя руками террористов. Расскажи ему, что в аэропорту готовили освобождение аномалии! — Владислав подался вперёд. Его глаза округлились и засверкали. — Расскажи ему, что убийцы тебя ждали! Что знали о том, когда ты приедешь! Что им доложили об это сообщники из клана Вознесенских! Пусть мой брат возьмётся за своих наследников всерьёз! — он шагнул ближе, его глаза стали похожи на взгляд одержимого.
— Ты слышишь себя, Владислав? — спокойно спросил я. — Ты — брат Императора — просишь чтобы я за тебя попросил его позволить тебе сделать свою работу. Это абсурд. Ты переоцениваешь мою роль при дворе.
— Отнюдь! ОТНЮДЬ! Ты — его приближённый! Нападение на тебя, да ещё и в открытую — это вызов ЕМУ! Он зол! Он в бешенстве после покушения! Ты помнишь, что он сотворил, когда покушение не удалось⁈ Весь этот театр со связанными князьями и мной! Ты думаешь, это была демонстрация силы или проверка тебя? Нет, Самородок, не только! Он вышел из себя! Сильнее, чем когда-либо! Он не любит вмешиваться в политику, кроме как ради своего развлечения.
Владислав поднял руку с указательным пальцем вверх. Его взгляд, зацепившийся за меня, был как у одержимого, он говорил дальше:
— Но сейчас он чувствует уязвимость, понимаешь? Нам осталось подтолкнуть его совсем чуть-чуть… Чтобы он принял единственно верные меры.
Я медленно покачал головой.
— Неужели ты думаешь, что он доверит это дело именно тебе? Нет, Владислав. Он же знает, чего ты хочешь и какими методами добиваешься. Поэтому он никогда не даст тебе слишком много власти.
— А мне и не надо, — внезапно он оскалился. — Просто поговори с ним. Решение, которое будет приемлемо для всех нас, найдётся само собой.
— В каком смысле?
На лице Владислава медленно появилась улыбка, которая не вызывала ничего хорошего.
— В том, что на роль своего гончего пса он выберет не меня. Но я буду рядом, чтобы помочь ему выгрызть всех ублюдков, в том числе из числа нашего клана, — его улыбка превратилась в оскал. — Как думаешь, кого он выберет?
Да чтоб тебя…
Император выберет человека, не имеющего больших связей во власти.