Держу пари, Данило бы это понравилось.
Она ничего не сказала, и я знал, что часть моих слов дошла до нее. Мой взгляд упал на ее предплечье, которое она рассеянно потирала. Небольшая часть пореза снова открылась и кровоточила.
Вспышка вины застала меня врасплох. Я не часто испытывал подобные эмоции. Я взял ее за руку и осмотрел рану. В неё попала грязь.
— Мы должны очистить ее, чтобы предотвратить инфекцию."
"Ее голубые глаза изучали мое лицо, но мне было трудно прочитать выражение на ее лице. Я повел ее обратно к машине.
— Молчание не в твоем стиле, — заметил я.
— Ты меня не знаешь.
Я ухмыльнулся.
— Я знаю тебя лучше, чем большинство людей. Лучше, чем Данило. — она не стала мне возражать. — Ненависть может освободить тебя, — сказал я.
— Как и любовь, — сказала она.
На обратном пути в особняк Серафина молчала, глядя в боковое зеркало.
Я отвел ее в комнату, зная, что ей есть о чем подумать, прежде чем я отправился в свою комнату, чтобы принять душ. Когда я позже спустился в игровую комнату, Савио развалился на диване и печатал на телефоне. Заметив меня, он положил его и усмехнулся.
— Нино не в восторге от того, что ты взял эту суку на пробежку.
Я опустился рядом с братом.
— Это оскорбляет его логику.
Савио рассмеялся.
— Но, честно говоря, Римо, он прав. Эта девушка непредсказуема.
— Это делает ее еще веселее, — сказал я.
Савио с любопытством посмотрел на меня.
— Ты наслаждаешься этим больше, чем я думал. И ты даже не трахнул ее… или трахнул?
— Нет, не трахнул. Серафина удивительный вызов.
— На мой вкус, слишком много работы, — пожал плечами Савио.
— Я предпочитаю девушек, которые затыкаются, когда я им это говорю, которые сосут мой член, когда я этого хочу. Меньше хлопот.
— В конце концов, у тебя было все. Ты трахался во всех возможных позах, делал все извращенное дерьмо, которое только мог придумать. Становится все труднее получить острые ощущения с самого начала.
Он наклонился вперед, стоя на коленях.
— Ты же не думаешь оставить ее… правда?
— Нет.
• ────── ✾ ────── •Днем я позвонил Данте. Он снял трубку после второго гудка, его голос был холодным и жестким, но с скрытым напряжением, которое вызывало во мне дрожь.