Влетев в провонявшее табаком и сивухой помещение, ударом ноги перебил колено здоровенному бугаю и начал танец смерти между круглыми, покрытыми красными скатертями столами.
Понимание того, что их пришли убивать, пришло к банде Мерца не сразу. Лишь на пятом трупе визг пропитых баб, больше напоминавших мужиков, перестал быть весёлым, а господа разбойники, побросав карты и рюмки, схватились за оружие. Двое особо догадливых кинулись в сторону запасного выхода. Пусть долбятся. Мне не жалко.
Не знаю, в чём, по словам Витька, была «лютость» этих убожеств.
— Не убивай! — прохрипел он, косясь на Таракана у своего горла. — Денег дам! Есть деньги! Молчать буду!
— Молчать как раз и не надо, — спокойно ответил я и даже улыбнулся, чем ещё больше нагнал страху на Мерца.
— Не я! Не сам я! Отпусти! Уеду, и разошлись наши дорожки!
— Имя. Считаю до двух. Раз…
— Сеня Швед! Он приказал в расход пустить! А я что? Я ничего! Сказали, вот и делаю! Без обид? Да?
— Где живёт Швед?
— На Петроградке. Человек сурьёзный, и тут ему делать нечего. На Малом проспекте обитает.
— И последний вопрос, — по горячим следам решил я выжать из своего нападения максимальную выгоду.
— Тут пустырь неподалёку. Старый покосившийся столб, а от него по тропинке через четырнадцать шагов камень лежит. Под ним нычка. Всё там! Я дома ничего не держу.
— Да на кладбище у тебя теперь дом, гнида, — закончил я допрос, проламывая кастетом висок Мерца. — Извини, но жизнь сохранить я тебе не обещал. Торговаться лучше надо было. Да и свидетели мне не нужны.
Сделав все дела, отыскал ключ и, выйдя из «малины», превратившуюся в массовое захоронение, запер снаружи входную дверь.
Притащив его домой, вскрыл нехитрый замок и пересчитал богатство. К сожалению, негусто. Бес Тараканов, торговавший оружием, имел намного больше. Видимо, Мерц не так копил, как разбазаривал награбленные денежки.