— Если хочешь спросить своего родственника о том, почему тебе перестала подчиняться система управления замком, то не трудись, — насмешливо произнес Фил. — Ответ есть у меня.
— И что же ты сделал? — возмущенно воскликнул Эйстейн. — Ты посмел покуситься ещё и на мою собственность?..
— Я все же хочу ответить на вопрос, а не выслушивать поток несуразных обвинений, — оскалился Фил. — Уважаемые члены комитета уже могли убедиться в том, что Виктория способна управлять собственной Силой, и эта Сила такова, что может удержать даже черного дракона…
Все дружно посмотрели на Арамара.
"— Какое отношение запирающие чары, которые эта женщина создала наверняка при помощи артефакта, имеют к моему замку? — воскликнул Эйстейн. — И почему ты вообще говоришь от имени моей пары?
— Я — фамильяр Виктории. Ты ведь в курсе, что она ведьма? Ах да, ты вообще знаешь, что у твоей пары есть имя?
— Меня не интересует её прошлое! — заявил Эйстейн.
— Жаль. Жаль, потому что её прошлое непосредственно повлияет на твое будущее.
— Еще раз повторяю — какое это отношение имеет к моему замку?
— Тори, я сейчас попрошу тебя сделать одну важную вещь, — произнес Фил мысленно. — Ты можешь спровоцировать Эйстейна на то, чтобы он попробовал снова забрать у тебя Силу?
— Спровоцировать-то я могу, — откликнулась я. — Но эта твоя просьба как раз из тех, где необходимо доверие.
— Я знаю, каково это, — Фил обернулся ко мне и посмотрел в глаза. Его облик «поплыл», окутываясь фиолетовой дымкой, но потом снова стабилизировался. — Мне хорошо известно, как себя чувствует тот, кого лишили разом всего, что он имел. Я тот, кто долго был заперт в слабом теле. И, как будто бы этого недостаточно, я сидел в клетке…
— Я прекрасно помню нашу первую встречу, и то, как ты при этом выглядел, — вздохнула я.
— Виктория Михайловна!.. — обратился ко мне Ронель. — Я вижу, что у вас с… фамильяром наверняка важный разговор. Очередной. Напомню, что мы явились сюда не затем, чтобы наблюдать ваши мысленные беседы…
— Тебе все равно не уйти от меня, пара, — добавил Эйстейн. — Но пусть будет по-твоему. Если ты хочешь компенсацию, я ее выплачу. Это всего лишь деньги.
— Хорошо, Фил, я сделаю, как ты просишь.