Но этот блеск не был приятным, совершенно наоборот - отталкивающим, мерзким, страшным. И мне хотелось ударить по отражению, чтобы оно перестало на меня глядеть столь жалостливо и умоляюще. А меж тем холод коснулся того огня внутри меня, что совершенно недавно был желудком, а затем схватил так, что всё, что накопилось в этом жалком мешочке, хлынуло наружу через рот - желчь и кровавые, тёмные сгустки, которые шевелились и странно подёргивались на асфальте. Ледяная конечность покинула моё тело, и меня вновь вывернуло наизнанку - на этот раз только кровью и этими странными сгусточками, которые мне совершенно не понравились.
- Мерзкие создания, - вздохнул Павший, направляя меня прочь из проулка, пока я спешно ослабшими руками вытирал кровь с губ. - Мы их называем пикси. Зловредные, мерзкие существа, которые живут в старых, тёмных аурах неживых предметов. Например, в топоре палача. И таких любопытных, как ты, они, как правило убивают, выпивая его силы до дна и становясь лишь сильнее. Они атакуют самые слабые зоны организма существа.
- Милый мой, сладкий, Аэлирн, - слащаво протянул я, едва передвигая ноги и двигаясь вниз по улице, - я теперь голоден, как зверь, меня трясёт, и я только что выблевал пару сотен этих ваших феечек.
- Феечек?! Да эти феечки, чтоб ты знал!..
- Аэлирн, я хочу жрать!
И как-то странно, но Павший притих и принялся говорить мне, куда идти, словно бы успел облететь город на своих крыльях и запомнить его до мельчайших деталей - подворотен, тупиков, переходов. Маршрут наш был достаточно красивым, оживлённым, сновали люди, но не шумели - любовались не самым красивым городом на свете и получали от этого удовольствие.
- Скажи, ты что-нибудь замечаешь? - поинтересовался бывший эльф через какое-то время.
- Да, я заметил, что уже темнеет, мы бродим по Фэрбенксу полчаса, а вокруг ни одной грёбанной закусочной. А ещё у меня во рту творится ад из-за ваших проклятых пикси, - пробурчал я, зарываясь в карман и доставая помятую синюю пачку сигарет.