Наконец, когда омовение закончилось, и даже огненные волосы эльфа стали влажными, Валенсио отступил и указал на чашу с водой:
- В память о нашем короле, сэр Лаирендил, родоначальник дома Огненного хрусталя, испейте свою долю до дна.
Бывший оруженосец, но всё ещё преданный слуга своего повелителя, рыцарь поднялся на ноги, даже не подумав стряхнуть с коленей желтоватую пыль, припорошившую ткань его брюк, и направился к чаше, впрочем, ему хватило и одного шага его длинных ног. С трепетом прикоснувшись к краю серебряной глубокой, широкой кандеи и, склонившись, сперва робко коснулся губами глади воды, а затем принялся пить.
Всё это время эльф не сводил с него взгляда и понимал, что лучшего рыцаря его Король не мог назначить, выбрать. Возможно, он сделал то по наитию, случайно, даже, вероятно, увидев этого юношу с другим и узнав от канцлера, что сойтись им нельзя всего лишь из-за разницы сословий, но Главный Советник предпочитал верить, что то было Королевское чутьё. Наконец, сосуд опустел; дрожа и бледнея от количества выпитой разом воды, Лаирендил выпрямился и обернулся к Совету.
Последний луч солнца блеснул и погас, отразившись во множестве кристаллов, что тут же разгорелись, засияли, и в их свете лицо рыцаря ответило внутренним светом, что вложил в него своей рукой Валенсио Завиль дель Амал — узор проступал сквозь кожу, и несколько дрожащих полосок крови, что не углядел Советник, робко сверкали мелкими крошками пыли, эссенции магии, разгоревшейся от воды горных рудников.
Лишь немногие здесь могли похвастать подобными украшениями на лице, но и они опускали взгляд, Валенсио чувствовал их стыд и собственную гордость. Благодарность за последний дар своего господина.
Когда тишина стала наполняться рваным дыханием, Советник наконец позволил ей окончательно прерваться и заговорил, уложив тонкую ладонь на плечо рыцарю, затем указав на дверь.
- Идёмте юноша. - Мягко улыбнулся он и первым двинулся к дверям. Лаирендил держался рядом, потрясённый и не находящий в себе сил сдержать улыбку.
- Прошу меня простить, но вашу свадьбу придётся перенести на то время, когда кончится траур по королю. Не могу позволить празднество в это время, как не умоляю себя.
- Не извиняйтесь, господин регент, - охотно отозвался рыжий, поглядев на него сверху-вниз, но Валенсио было не до разницы в росте, он с любопытством взглянул на него. - Пышная свадьба нам совершенно ни к чему, но если бы вы обвенчали нас, вы бы сделали нас счастливыми.
