Гротескное здание с химерами и чудовищами на карнизе крыши, что смотрели отовсюду на подходы к зданию пустыми глазницами, словно бы бессменные стражи покоя хозяев здания. Тёмные стены давили ещё издалека, но стоило подойти ближе, они словно бы захватывали со всех сторон, оставаясь на том же месте. Искусно выполненные колоннады поддерживали крышу над крыльцом и лестницей. Обвивающие их змеи разинули свои клыкастые пасти, готовые броситься на гостя. Окна были плотно зашторены тяжёлым чёрным бархатом, но тусклый луч света пробился сквозь ткань на втором этаже с восточной стороны дома.
- Зачем ты это сделал, Джинджер?! Зачем?! - Срывал голос в воплях Элерион, кидая в вампира очередную тяжёлую китайскую вазу, от которой вампир на этот раз не увернулся, а перехватил. Амфоры и стеклянные вазы он ещё мог переварить, но никак не любимую китайскую вазу. - Чем тебе мешал Аэль?! Чем?!
- Ты прекрасно знаешь, Элерион, - холодно произнёс мужчина, отставив вазу в безопасный угол и увернувшись от полетевшего в него стула, жалея, что когда-то обратил этого мальчишку, - зачем я убил его.
- Не смей так о нём говорить, чёртов ты скорпион! - Продолжал орать Элерион, когтями разрывая тёмно-бардовую обивку кресла с высокой спинкой и выпуская наружу то, чем она была набита. Юноша метался по комнате, светом и отоплением в которой служил огромный камин, занимающий всю стену. Тени метались по полу, стенам, потолку, устраивая свой спектакль. Кусая губы и запуская пальцы в волосы, обращённый то и дело кидал гневные и полные отчаяния взгляды на возлюбленного мучителя. - Ты не должен был его убивать! Он приказал его только обезвредить!
- Я его обезвредил, - потёр переносицу мужчина, удивляясь своей выдержке и тому, что до сих пор не придушил строптивого Элериона, который посмел не то что поднять на него руку, но ещё и наорать, попасть в него пару раз креслом, разбить почти все вазы в комнате и назвать его такими словами, что волосы Тёмного на голове зашевелились.