Она направилась к двери, и Меган отодвинулась, когда Элси проходила мимо нее. На мгновение Элси остановилась в дверях, оглядываясь через плечо. Ее губы были сжаты, она замерла, вскинув одну руку, а другой прижимая к себе шитье.
Я задержал дыхание, внезапно ошеломленный ее красотой.
Теперь, когда я вспоминаю ее, я часто вижу ее именно такой – замершей мгновенно, в несравненном, бессмертном совершенстве, вызывающем мысли об античной Греции.
Затем она вышла, закрыв дверь.
Симмингтон спросил весьма раздраженно:
– Ну, Меган, в чем дело? Чего ты хочешь?
Меган подошла вплотную к столу.
Затем ее губы раскрылись и произнесли нечто, пробравшее меня до мозга костей.
– Мне нужны деньги, – сказала она.
Эта просьба отнюдь не улучшила настроения Симмингтона. Он резко сказал:
– Неужели ты не могла подождать до утра? В чем дело, ты думаешь, тебе слишком мало выдают на расходы?
«Прекрасный человек, – подумал я даже тогда, – готовый выслушать разумные доводы, хотя и не откликающийся на эмоциональные взрывы».
Меган сказала:
– Я хочу много денег.
Симмингтон выпрямился в кресле. Он холодно сказал:
– Через несколько месяцев ты станешь совершеннолетней. Тогда те деньги, которые завещала тебе бабушка, будут тебе выданы опекуном.
Меган сказала:
– Вы не понимаете. Я хочу получить деньги от вас. – Она продолжала, говоря все быстрее: – Никто мне не рассказывал слишком много о моем отце.
Она помолчала.
– Ну а я – его дочь. И возможно, я на него похожа. В любом случае я требую дать мне денег, потому что, если вы этого не сделаете… – Она остановилась, а потом продолжила очень медленно и четко: – Если вы этого не сделаете, я расскажу, что вы проделали с таблетками в тот день в комнате моей матери: я это видела.
Наступило молчание. Затем Симмингтон произнес совершенно неживым голосом:
– Я не знаю, что ты имеешь в виду.
– Я думаю, вы знаете, – сказала Меган.
И она улыбнулась. Это не была добрая улыбка.
Симмингтон встал. Подошел к письменному столу. Достал из кармана чековую книжку и выписал чек. Он осторожно промокнул чек и вернулся. Протянул чек Меган.
– Ты уже взрослая, – сказал он. – Я могу понять твои чувства и желание купить что-нибудь особенное из нарядов и прочего. Я не знаю, о чем ты говоришь.