– Так чем ты все-таки занимаешься? – повторила свой вопрос, заданный еще в самолете, Клавдия.
– Разработкой и внедрением химических технологий материалов, – усмехнулся Матвей.
– Это назначение твоей специализации, я поняла, – покивала Клавдия. – А каких конкретно материалов? И где ты их внедряешь? На заводе каком, на производстве?
– Раньше да, работал на экспериментальном производстве при научно-исследовательском объединении. Увлекательная работа была, такая бодрая, творческая: научная и техническая одновременно, – разъяснил Ладожский.
Поставил опустевшую кружку на блюдце и отодвинул от себя.
– Параллельно со своей основной работой несколько лет назад, с двумя моими друзьями, мы открыли небольшое совместное предприятие. Мы втроем заядлые туристы, немного охотники, немного рыбаки, но главное – трекингисты с приличным стажем. Не экстремалы, нет, не гонимся за острыми ощущениями на грани. Просто любим и ценим многодневные походы-переходы по диким природным местам, посидеть в конце дня у палаточки, установленной где-нибудь возле реки, сварить уху или похлебку из дичины, что добыли днем, помолчать, созерцая природу и слушая тишину.
"– Так, подожди, я уточню, – остановила его Клавдия. – То есть ты придумал и создал какой-то новый материал? Типа материю, что-то вроде мембранной ткани или лайкры?
– Мой продукт только условно можно назвать тканью, поскольку он выполняет именно эту функцию и для этого предназначен, но у него несколько иные свойства и состав.