На самом деле, он все еще пребывал в закрытой медитации и не появлялся перед людьми в течение долгого времени.
Сюэ Мэн стоял у окна, и, подняв голову, наблюдал за парящими в небе лепестками ранних хайтан, которые внезапно принес порыв ветра. Он пробормотал:
— Завтра мы отправляемся в путь. Кажется, у нас так и не будет возможности увидеть его до ухода… Интересно, что Учитель делает в данный момент?
— Конечно, он совершенствуется… — Мо Жань укусил яблоко и добавил как бы невзначай. — Все старейшины сегодня вечером будут демонстрировать свои праздничные номера.
Сказав это, Мо Жань улыбнулся ему одному известной шутке и пробормотал:
— Наверное, это была бы сценка: «как взорваться от злости»?
Сюэ Мэн возмущенно уставился на него.
— Я бы точно не отказался увидеть сценку «как прикончить Мо Жаня».
В канун Нового года Сюэ Мэн зло пошутил? И Мо Жань даже не рассердился. Вдруг что-то вспомнив, он спросил:
— Ах да, ты видел сегодня Маленького Учителя?"
"— Имеешь в виду Ся Сыни? — переспросил Сюэ Мэн.
Мо Жань засмеялся и сказал:
— И то правда.
Заходящее солнце освещало Павильон Алого Лотоса.
Чу Ваньнин внимательно смотрел на таблетку, зажатую между пальцев. Сюэ Чжэнъюн сидел напротив него.
Чу Ваньнин поднял глаза от таблетки и осуждающе посмотрел на главу, жующего его пирожное. Сюэ Чжэнъюн сделал вид, что не понял смысла взгляда, и сказал:
— Юйхэн, да не смотри ты так на таблетку. Язык Таньлана, конечно, ядовит, но в сердце своем этот парень не так уж и плох. Как он может причинить тебе вред?
— Уважаемый глава, как вы могли меня так неправильно понять? Я просто подумал, старейшина Таньлан разработал это удивительное лекарство, которое позволит мне на один день вернуть себе прежний облик, но почему он не сделал несколько таких таблеток? При необходимости я бы просто мог принимать их.
— О, кто сказал, что это просто? — ответил Сюэ Чжэнъюн. — Чтобы приготовить такую таблетку, требуются очень редкие травы. Он уже израсходовал большую часть из тех, что у него были. Так что это только временное решение.