Коул задирает моё платье до талии, обнажая мои бедра на прохладном воздухе.
– Лежи спокойно, Бабочка. Ты только оставишь синяки на этой прекрасной фарфоровой коже.
Прекрасной.
Он думает, что у меня прекрасная кожа.
Тьфу, мозг, серьёзно? Его рука скользит по моему бедру, и все, о чём я могу думать, это то, что это?
Он обхватывает меня через нижнее бельё, и я стону. Как будто я была в огне, и он, наконец, погасил его.
– Блядь, ты вся промокла.
Он стягивает моё нижнее бельё так далеко, насколько оно спускается по моим ногам, и прежде чем я успеваю сосредоточиться на прикосновении его пальцев к внутренней стороне моих бёдер, его руки исчезают.
– Тебе это нравится, не так ли? – Он обводит мой клитор своими длинными пальцами, заставляя мою спину выгибаться над кроватью. – Тот факт, что ты под моим контролем, тот факт, что я могу делать с тобой всё, что захочу, без твоего вмешательства?
Я хочу покачать головой, но ощущение, которое он вызывает в моём теле, заставляет меня замереть. Я просто хочу больше этого.
Большего.
– Я собираюсь попробовать тебя на вкус. На этот раз по-настоящему.
А затем его рот занимает место его пальцев, посасывая мой клитор. Я вскакиваю с кровати и тут же разваливаюсь на части, оргазм захлёстывает меня, как водопад.
О, Боже.
Я так возбуждена, что кончаю только от его губ, прижатых ко мне.
– Чёрт, детка. – Говорит он напротив моего клитора. – Я собираюсь насладиться тобой.
И он это делает.
Я ещё даже не отошла от первого оргазма, когда он начинает ласкать мои складки.
Одна его рука сжимает мои бёдра, в то время как другая скользит под моё платье и щиплет мой сосок под встроенным лифчиком.
Я не могу спокойно лежать на кровати, мои связанные конечности дёргаются в верёвках. Тот факт, что я связана и не могу видеть или кричать, добавляет удовольствия, о котором я никогда не думала, что это возможно. Как будто он крадёт все мои чувства, все мои мысли, а затем засовывает их обратно, чтобы они сосредоточились на этом моменте.
Его язык погружается в меня и выходит из меня с безумной свирепостью, как будто он трахает меня своим членом.
Я кричу, но это выходит приглушённо, когда я кончаю снова, моя голова падает набок, а щеки пылают."
"– Ты вызываешь привыкание, Бабочка. – Гул его голоса и лёгкая щетина создают другой тип трения о мои самые интимные части тела. – Я не остановлюсь, пока ты не признаешь, что принадлежишь мне. Только мне.
О, Боже.
– Если ты хочешь, чтобы я остановился, я остановлюсь. При одном условии.