Самозанятый так называется потому, что ему надо самому заниматься поиском источников доходов. И у некоторых, вот как у меня сейчас, случаются временные простои.
– Ванечка, солнышко, – произнес знакомый голос.
Я встал, повернулся к двери и увидел на пороге Ирэн Львовну, мать Олега, моего соседа и друга. Около Котиной стояла девушка, которую никак нельзя было назвать красавицей.
– Ванечка, ангел мой, – продолжала Ирэн, – знаю, что ты по уши в делах. Но сделай одолжение, выслушай Кэт.
– Да, конечно, – кивнул я, – пойдемте в кабинет.
– Боречка, – проворковала Котина, – вас не затруднит проводить гостью в рабочую комнату? Ванечка поможет мне открыть дверь в квартиру, замок заедает.
Батлер улыбнулся девушке.
– Чай, кофе?
– Лучше просто воду без газа, – ответила та, – и льда не надо. Холодно на улице.
Пока Боря и Кэт говорили о минералке, мы с Ирэн вышли на лестничную клетку.
– Замок в порядке, – сразу объяснила Котина.
– Я так и подумал. Спасибо вам за клиентку, – поблагодарил я, – в нашем агентстве полный штиль.
Ирэн прислонилась к стене.
– Я привела Кэт Войкову двадцати с небольшим лет. Чтобы ты понял, что к чему, я расскажу о ее предках. Дедушка Прохор Ильич пекарь. Но до того, как освоить эту профессию, он работал сторожем. Сейчас у него своя кондитерская. Покойная бабушка Зинаида Сергеевна была портнихой и подрабатывала у людей прачкой. Я вспоминаю времена, когда не было автоматических стиральных машин. Бедный люд кипятил постельное белье в баке на газовой плите. Кто побогаче отдавал простыни-пододеяльники прачке.
– Ну и ну! – воскликнул я.
– Какая-то генетическая поломка, – развела руками Ирэн, – возможно, сейчас бы установили причину гибели младенцев. Но в те времена на окраине Москвы, где жили Крысины, с медицинскими светилами дело обстояло плохо.
– Паре следовало подумать о контрацепции, – заметил я.
Ирэн усмехнулась:
– Ванечка, ну сам посуди, какие радости были у сторожа и прачки в советское время? Как провести досуг тому, кто честно вкалывал всю неделю и наконец дожил до выходного? Где труженику отдохнуть? В театр идти дорого. Консерватория, скорее всего, им неинтересна, выставочные залы, музеи тоже. Про фитнес тогда и не слышали. Что остается? У мужчин рыбалка и водка. У женщин – сесть у дома на скамеечку и судачить о знакомых.