Сразу после спасения ты сказал, что вместо Адриана могу выбрать тебя, – напомнила я, – почему тогда мы могли сочетаться браком, не боясь, что кто-то узнает о нашей истинности, а сейчас – нет?
Не то, чтобы я была готова прямо сейчас бежать к алтарю... но эта нестыковка не давала мне покоя.
– Мариэль должна была предупредить тебя о праве выбора, – пояснил Родгер, – согласно договору, ты должна была выйти за любого наследника Огненного престола и, если Адриан тебе не понравился, ты могла выбрать меня или Анхеля.
Да, что ж всё так сложно?! Как они вообще запоминают такое количество нюансов?
– У меня такое чувство, что в теории мне можно всё, а на практике – ничего! – усмехнулась я.
– Так и есть, – фыркнул дракон, – в любом случае момент упущен. Тогда это можно было обставить как твой каприз, а сейчас враги сразу поймут, что произошло на самом деле.
И тогда количество охотников за моей головушкой увеличится раз в десять...
– Знаешь, я даже рад, что ты не согласилась сразу, – сказал Родгер, – тогда я слабо чувствовал пару и не до конца понимал, что происходит, а ты была напугана и потеряна.
– Согласна, – улыбнулась я.
По правде говоря, я до сих пор не слишком понимала, что означают эти истинные пары, привязки и прочие магические нюансы. Зато знала, что с каждой секундой всё сильнее влюбляюсь в Родгера и хочу быть рядом с этим мужчиной.
– За нас! – прошептал дракон, поднимая бокал.
Хрустальный звон подвёл черту в разговоре... ночь не бесконечна, а я по-прежнему мечтала нарядить деревце и хоть немного прогуляться. А остальное может подождать.
ГЛАВА 18: О хитром доме и пользе змеиного яда
Особняк семейства Леоннэ (Марианна)
Дом оказался живым...
Это чудное обстоятельство всплыло утром, едва мы попытались снять картину в гостиной. Вначале она просто «прилипла» к стене, а когда Родгер призвал магию – переползла на потолок.
И на законное место портрет вернулся лишь после того, как я объяснила пустующей стене для чего нам картина и поклялась после осмотра повесить её обратно.
К слову, портрет оказался обычным, не магическим. Только после спектакля, устроенного домом, мы начали сомневаться в правильности своих выводов. Может, принц хотел спровоцировать духа-Хранителя?
– Как твоё имя? – спросила у стены перед тем, как повесить портрет обратно.