– Рамон, брошь с леди Алианной лучше оставить здесь, чтобы она могла напитаться магией источника? – утонила я, закрывая шкатулку. – Или...
– Верните меня в Хранилище, – раздалось из коробочки.
Ой...
– Как прикажете! – бодро отрапортовал саванши, открывая портал."
"А я, пользуясь случаем, цапнула очередную пироженку и попросила Лалли призвать ещё чайку. Программа максимум на сегодня выполнена, так что мы вполне можем себе позволить ещё один перерыв. А там, глядишь, и наши мужчины с разведки вернутся.
ГЛАВА 43: Ловцы секретов
Спустя шесть часов (Марианна)
Старинные часы пробили полночь, отвлекая меня от работы и заставляя вновь вспомнить о том, что Родгер и Мигель до сих пор не вернулись. Более того, не прислали ни единого сообщения.
С одной стороны, я понимала, что им сейчас не до нас. А с другой, постоянно пыталась почувствовать дракона с помощью истинной связи и убедиться, что с ним всё хорошо. За что получила нагоняй от Лалли, саванши и даже тапочек.
Духи отчитали меня и предупредили, что командор прекрасно чувствует мою панику и, если не хочу сорвать всю операцию, придётся взять себя в руки. В итоге попросила переместить меня в мастерскую и занялась сортировкой оставшихся артефактов.
Как оказалось, если не отвлекаться на сидящего напротив зеленоглазого красавца-дракона, за пару часов можно перебрать целую гору амулетов. Жаль только, что в этой горе так и не нашлось ничего, способного помочь нам в расследовании.
Броши, колье, диадемы, браслеты... блеск драгоценных камней ослеплял, сводя с ума игрою граней. И в их переливчатых лабиринтах так легко было заблудиться, потеряв счёт времени.
Я с благоговейным трепетом открывала каждую новую коробочку, пытаясь угадать, какое чудо ждёт меня внутри, но каждый раз реальность с лихвой превосходила ожидания. И не только мои.
Не будь мастерская защищена мощной магией, восторженные попискивания Лалли были бы слышны даже в имперской резиденции.
Отказать я, естественно, не смогла. Зато, воспользовавшись случаем, выяснила подробности её знакомства с разведчиком и узнала, как он выглядел в человеческом обличье.