Тело легко вспомнило старые навыки. Пусть сейчас я не исполню ни одного прыжка, но при обычном скольжении точно не упаду!"
"Дыхание перехватывает от давно забытых ощущений, я в одно движение избавляюсь от мешающей куртки, сбрасываю её, чтобы дать рукам больше свободы. Вспоминаю музыку, под которую каталась и свою программу.
Скольжу по идеально гладкому льду, словно в первый и последний раз. Как я могла столько лет жить без этого?!
Небо, как же хочется снова обрести крылья!
Один прыжок. Простенький сальхов.
Опьянев от давно забытых чувств, захожу на прыжок. Мах ногой, толчок, приземление на наружное ребро конька и… лёд подо мной с треском ломается. С оглушительным визгом ухожу под воду, пытаюсь зацепиться руками за ледяную кромку, но проклятые коньки и мокрая одежда тянут меня на дно.
– Помогите! – кричу, пытаясь удержаться на плаву. – На помощь! По…
Озеро вспыхивает алыми искрами, и меня кто-то хватает за ногу, утягивая под воду.
– Аа-а-а! – мой крик тонет в ледяной воде.
Пытаюсь вырваться, отчаянно молочу руками, чтобы освободиться, но всё глубже и глубже погружаюсь под воду.
Задыхаюсь, лёгкие горят, а перед глазами пляшут цветные пятна. Каждый удар сердца набатом отдает в голове, сил сопротивляться почти не осталось. Мышцы сковывает холодом…
Какая глупая смерть… дура ты, Марианна! Идиотка! Покататься захотела...
Озеро вновь вспыхивает алым, и сквозь него прорывается ослепительное золотое сияние.
Такой красивый… жаль, что больше никогда его не увижу…
Мысли блекнут, растворяются в чернильном мареве, но не успеваю смириться с неизбежным, как кожу опаляет огнём. От неожиданности делаю судорожный вдох, только вместо потока ледяной воды в лёгкие вливается такой нужный мне воздух.
Вдох, ещё… цепляю мокрый ворот свитера, оттягиваю чтобы не мешал. Дышу часто и жадно, словно пытаясь впрок запастись кислородом.
Окружающую тьму рассекает золотистый всполох и меня отшвыривает назад словно взрывной волной. Кубарем качусь по дну озера, пытаюсь зацепиться за что-то, но руки нащупывают лишь идеально гладкие стенки какого-то пузыря.
Кажется, у меня начались предсмертные галлюцинации… или меня уже спасли, и сейчас я мирно лежу в больничке, а видения – это последствия лекарств.
Второй вариант выглядит наиболее здравым и обнадёживающим.