– Не сомневаюсь, что подготовка далась вам нелегко, – архимаг жестом подозвал ближайшего слугу и взял с подноса бокал с шампанским, – но результат этого стоил.
– О-о-о-о! Это вы ещё не видели самого шоу! – рассмеялась змеюшка.
– Ждём с нетерпением, – в бархатном голосе Алой ведьмы не было ни угрозы, ни насмешки, но Виланушка дёрнулась словно от удара, едва не расплескав искристый напиток.
Присутствие менталистки заметно нервировало её, и дело было не только в способностях Сесиль. Леди Лиорру сжигала ревность, и в каждом взгляде гадюки читалось желание уничтожить женщину, посмевшую занять её место подле архимага.
А ведьма умело пользовалась слабостью соперницы, подначивая её с помощью магии, чтобы Вилана не соскочила и не отменила нашу сделку.
– Позвольте поднять бокал за наших прекрасных женщин, – тожественно объявил Лорензо, оплетая всех присутствующих флёром своей магии.
– Прекрасный тост, – голос Адриана звучал подчёркнуто вежливо и сухо. Он явно чувствовал себя некомфортно и тратил все силы на то, чтобы удержать щиты и случайно не выдать врагу важную информацию.
Подробностей нашего плана снеговичок не знал, но яркие эмоции, несвойственные «замороженному» принцу могли выдать нас с головой и просигналить врагу, что от блокиратора мы уже избавились.
– Ваше Высочество, вы слишком напряжены, – с кокетливой улыбкой сообщила Вилана, – неужели вам не нравится наше общество?
Милый вопрос... с тем же успехом можно поинтересоваться у выброшенного к акулам моряка, тёплая ли водичка за бортом?
– Каждая встреча с вами дарит незабываемые эмоции и впечатления, – изящно выкрутился принц, – но мысли о делах государственной важности не позволяют мне сполна насладиться прелестью шоу.
– Слова истинного монарха! – к нам подошёл высокий статный мужчина с белыми как снег волосами, собранными в толстую косу, доходящую ему почти до середины бедра.
Тёмно-синий, расшитый серебряной нитью и жемчугом камзол, белоснежная пена кружев, изящная подвеска с бриллиантами в левом ухе и несколько крохотных серёжек-артефактов в правом.
Но в отличие от архимага, источающего показное радушие и инкубьи флюиды, эльф хронически ненавидел всех живых существ в радиусе километра, и о ледяной взгляд аквамариновых глаз можно было порезаться.