Приятно знать, что я нигде не прокололась и отыграла на равных с сильными противниками!
– Спасибо, – смущённо ответила, – а что с картиной? Почему её нельзя отдавать принцу?
– Отдавать можно, – усмехнулась Лалли, – дарить нельзя. По нашей традиции, получив подарок нужно прислать ответный дар, от которого даритель не может отказаться.
– Более того, ответный подарок нужно поставить на видное место или надеть при следующей встрече, – добавил командор, – догадываешься, что Адриан собирался прислать тебе перед балом?
– Колье! – воскликнула, вспомнив о просьбе дракона и о том, как удивились магистр и король, увидев на мне эльфийские серьги и перстень – Но.
– Жёлтый сапфир, украшающий колье – это легендарный артефакт, заменяющий истинную связь, – нехотя пояснил Родгер, – после активации он дарит неистинным парам возможность стать истинными, но только, если их чувства искренние и сильные.
– И теперь все думают, что мы хотим стать истинной парой? – ошарашенно выдохнула я.
– До активации «Искра» работает как мощный защитный амулет, – успокоил меня дракон, – а в серьгах и перстне обычные охранные плетения, выявляющие яд и вредоносные заклинания.
– А как ими пользоваться? – уточнила, усаживаясь поудобнее и поправляя колечко.
– Они сами предупредят тебя об опасности, – ответил Родгер, – у каждой владелицы это происходит по-разному, но чаще всего украшения начинают нагреваться или холодить кожу.
Что ж, учитывая количество недоброжелателей, такие артефакты лишними не будут! Но, сдаётся мне, командор явно чего-то недоговаривает...
– Но, если до активации, это просто охранные амулеты, почему все так насторожились, увидев их? – спросила, пытаясь добраться до подвоха.
– Всё дело в истории «Искры», – ответил Родгер, – десять тысяч лет назад, повелитель огненных драконов Рамон Оренси, подарил этот камень принцессе снежных эльфов Аурелии Миролле в знак вечной любви.
– Но согласно официальной версии, продвигаемой самими эльфами, Аурелия просто хотела заключить политически выгодный брак и укрепить свою власть, – перевернувшись на бок, добавила вездесущая Лалли, – хотя все знают, что она любила Рамона, потому и пошла на такой риск.
– Риск? – удивилась я.