— Кстати, я тоже не забыл о вашем празднике. Примите мои самые искренние поздравления.
Повинуясь легкому движению руки комиссара, метрдотель поставил около Яны огромную корзину белых роз.
— Сантьяга, я тронута.
— Вот и славно. — Метрдотель испарился, и комиссар посерьезнел. — Теперь же, если никто не против, я хотел бы поговорить о делах.
— Мы никогда не против. — Кортес налил себе сок. — У вас есть работа для нас?
— У меня личная проблема, господа, — хочу убить одного рыцаря.
— Есть повод?
Несмотря на то что в Тайном Городе относились к убийствам гораздо более терпимо, чем у людей, убивать просто так считалось дурным тоном.
Сантьяга откинулся на спинку кресла и соединил перед собой пальцы рук.
— У меня есть серьезный повод обвинить его в преступлении, достойном смерти, но, к сожалению, это не решит проблему. Во-первых, я не уверен, что его приговорят к смерти, а во-вторых, я не хочу, чтобы он совершил это преступление.
Кортес удивленно поднял брови:
— Почему?
— По личным мотивам.
— И вы хотите, чтобы мы убили вашего врага, не дав ему совершить преступление? — Артем и Яна молчали — Кортес был самым опытным из них, и не стоило мешать ему вести переговоры.
— Совершенно верно. — Сантьяга улыбнулся. — Не правда ли, выглядит ужасно благородно?
Наемник вежливо улыбнулся в ответ:
— Давайте обсудим подробности.
Сантьяга помолчал, подбирая слова:
— Рыцарь, о котором идет речь, строит запрещенное заклинание — Аркан Желаний. Слышали о нем?
— Нет."
"— Это старое заклинание, вычеркнутое из магических книг согласно Китайгородской конвенции.
— То есть рыцарь — сильный маг.
— Весьма.
— Я могу узнать его имя?
— Богдан ле Ста. Рыцарь командор войны.
Артем наверняка не удержал бы удивленного восклицания, но предусмотрительный Кортес снова врезал ему по ноге.
— Времени у нас очень мало, — продолжил Сантьяга. — Аркан Желаний строится на крови двадцати одной и одной жертвы. Двенадцать жертв Большого круга и девять жертв Малого.
— И что тогда?
— Богдан сможет исполнить любое свое желание.