Кортес сдержал слово — не засмеялся.
— Среди челов полно ведьм и колдунов.
— У нее нет лицензии.
— Значит, скоро ее навестят ребята из Зеленого Дома, — пожал плечами наемник. — Это все?
— Я неправильно выразился. — Кувалда плеснул еще на полпальца виски. — У этой вефьмы наверняка есть лицензия, но свою истинную силу она скрывает.
— Все стараются скрыть свою истинную силу.
— Спящий тебе в печенку, Кортес! — не выдержал Шибзич. — Не перебивай меня! Она прихофила сюфа.
— Показывала фокусы?
— Префлагала купить самопофзарязающиеся артефакты.
— Обычное занятие для начинающей ведьмы. — Кортес зевнул. — Не обижайся, конечно, Шибзич, но твоя семейка всегда славилась отсутствием… — Наемник посмотрел на маленького унылого фюрера и передумал язвить. — Ты хотя бы вспомни, как Биджар Хамзи впарил вам вечную энергетическую установку для Южного Форта.
Кувалда насупился. Весь Тайный Город хохотал, вспоминая, как Красные Шапки безумно гордились установленной в штаб-квартире огромной и загадочной конструкцией, оказавшейся в конечном итоге паровой машиной со списанного в утиль эсминца алжирской береговой охраны и случайно перекупленной оборотистыми шасами.
— Шасы не показатель, — проворчал великий фюрер. — Особенно Бифжар. Я слышал, он тебе вчера тоже кое-что впарил, фа так, что ты весь вечер…
Кортес нахмурился:
— Давай-ка лучше о деле, Кувалда. Что за артефакты тебе предложила колдунья?
— Не мне. — Фюрер потер татуировку на скуле.
— И вы, конечно, купились?
Начинающие маги частенько забредали к Красным Шапкам, отрабатывая на недалеких дикарях приемы облапошивания лохов.
— Я ничего у нее не купил! — гордо ответил Шибзич и снова налил себе виски. — А вот фурак Секира — купил.
— Ну и что?
— Ну и ничего. — Фюрер залпом выпил виски и растопырил перед носом Кортеса пальцы.
— Да. — Наемник подозрительно покосился на дешевого вида колечко на грязном мизинце Красной Шапки.
— Я нашел его в вещах Секиры. Это примитивный артефакт — фетектор морока, префупреждает, если кто-нибуфь отвофит глаза. Работает фвафцать четыре часа в сутки, пофзаряжается самостоятельно, но не завязан ни на офин Источник Тайного Горофа. Он вечный, Кортес, и его профала человская вефьма. — Одноглазый усмехнулся.