Это был литературно-общественный журнал, существовал он пока в единственном экземпляре первого номера. Миха сразу схватился за журнал и просмотрел от начала до конца.
— Интересно! А почему «Гамаюн»? — поинтересовался Миха.
— «Алконост» был, «Феникс» был, «Сирин» мне не нравится. По мне, «Гамаюн» в самый раз.
— Еще одна птичка тоже из славянской мифологии?
Эдик немедленно начал просвещение:
— Да, конечно. Но наша птичка, во-первых, большая интеллектуалка, она знает все тайны мироздания, а во-вторых, у нее дар предсказания.
Участвовать в издании журнала, открывающего глаза и уши темному человечеству, Миха был готов.
Илья оставил Миху у Эдика, и новые знакомые поужинали вдвоем серыми макаронами. После макарон довольно быстро договорились, что журнал будет продолжаться именно как литературно-общественный, а не политический.
— А если говорить о литературе, то лично меня более всего интересуют поэзия и фантастика. Фантастика художественным образом обобщает происходящие в мире процессы и дает интересные прогнозы.
Миха задумался: с фантастикой у него соприкосновения не было. Обещал подумать.
Тут же, на месте, они решили прикинуть состав поэтического раздела для очередного номера. Со структурой определились сразу же: большая подборка одного поэта и пять-восемь авторов, представленных одним-двумя стихотворениями.
"Генерал! Наши карты дерьмо. Я — пас.Север вовсе не здесь, но в Полярном Круге.И Экватор шире, чем ваш лампас,Потому что фронт, генерал, на Юге.На таком расстояньи любой приказПревращается рацией в буги-вуги.