Королевская кровь. Книга 9

Стоило путникам подняться над ребром склона, как летящий впереди Тротт остановился, и Алинка, погруженная в свои мысли, чуть не налетела на него. Ойкнула, забила крыльями:

— Что такое?..

Инляндец перехватил ее за руку, сжал, и она с суматошно колотящимся сердцем осеклась, глядя вперед на то, на что смотрел он. На всякий случай обернулась, а затем снова посмотрела вперед.

За их спинами лежала зеленая долина с красными скалами и горячими источниками, уходил вниз покрытый лесом склон, в который она упиралась.

Доносились сюда крики птиц и шелест листьев, да и под ногами все было зелено и полно жизни. А впереди, начинаясь метрах в двадцати от места, над которым они остановились, простиралась безжизненная земля. Граница ее огибала горы влево и вправо, образуя гигантскую дугу, за которой все было серо-ржавым, а там, где прошел дождь, черным; торчали высушенные деревья из высушенной травы, и не было слышно ни звука, помимо далеких раскатов грома.

Но не это было самым впечатляющим.

Начинаясь километрах в пяти от путников — совсем близко, — и уходя куда-то к морю, над горами, странно белыми, словно припорошенными снегом, стоял огромный, рассеивающийся высоко в небесах, и широкий, охватывающий с десяток пиков дымчатый белесый столб. Там, где проходили дождевые тучи, в полупрозрачной дымке виднелись широкие вертикальные просветы.

— Что это? — спросила Алина дрогнувшим голосом. — Туман?

— Не думаю, — отозвался Тротт, хмуро рассматривая странное явление.

 — Но мы в любом случае это узнаем. Долина Источника расположена как раз между этими вершинами.

Инляндец направился к мертвой зоне, и принцесса поспешно последовала за ним. Он спустился к ближайшему сухому дереву и тронул пальцем серый папоротниковый лист, который тут же рассыпался клочками. Тронул верхушку ствола — и с шелестом потекла на белесую полегшую траву древесная пыль, оставляя остроконечный пенек. Единственное, что было здесь живым — крошечный родник, который выбивался из-под валуна и прыгал вниз по склону меж сухими деревьями, окрашиваясь в бурый и черный.

Алинка настороженно жалась к спутнику. Стоило залететь за границу неведомого катаклизма, как тело пробрало знакомым бодрящим холодом, очень похожим на эманации Источника. Только ощущался он гораздо сильнее.

— Смотрите, — дрожащим голосом сказала она, указывая в сторону родника. Там, у воды, на границе живого и неживого лежала маленькая косуля.