Ее лихорадило от противоречивых эмоций, а его безразличие только подкидывало дров в огонь ослепляющей ярости. Она надеялась, что Алекс, как минимум, проявит уважение и выслушает ее, но он в очередной раз остался верен своим принципам и показал себя не с лучшей стороны.
Не поднимая головы, Гилберт терпеливо ждал, когда гневная тирада Лизы закончится, и ничем не выдавал свое напряжения. Ее присутствие немало взволновало тонкие струны души, но у него не хватило смелости признаться в этом даже себе самому. Инстинкт самосохранения подсказывал ему единственно верный путь в данной ситуации – полное игнорирование провокаций.
– Мы без тебя разберемся! Слышишь, ты!
Лиза ударила по столешнице обеими ладонями, так сильно, что зашелестели бумаги. Такое поведение было ей не свойственно, но Алексу удалось разбудить темную сторону ее души. Пусть и не с первого раза. Неизвестно откуда взявшаяся дерзость ослепляла, толкала на необдуманные поступки и заставляла не думать о последствиях.
Алекс нервно сглотнул и, прикрыв глаза, медленно сосчитал до десяти, чтобы не поддаться эмоциям.
С трудом подавив вспышку агрессии, Гилберт нехотя оторвался от документов и посмотрел на Лизу. Их взгляды встретились: жгучий огонь и арктический лед сошлись в одной точке, обещая кровавую битву.
Выражение ее лица говорило о том, что она жаждет скандала. Такую Лизу Алекс точно не знал. Когда-то ей достаточно было одного взгляда, чтобы усмирить обидчика и не опускаться до базарных разборок. Теперь все изменилось.
Его хваленое терпение и выдержка полетели к чертям, как только он взглянул в пылающие гневом глаза. Чувства вихрем закружили в душе, срывая маску надменности.
– Ты с мужем-то разобраться не можешь, а в результате страдает ребенок. Какая ты после этого мать?
Его голос, холодный и острый, как лезвие ножа, был беспощаден.