Пообещав себе поступить так же, он открыл дверцу автомобиля.
Гилберт вышел следом и достал из салона баул с амуницией.
– Спасибо.
– Не за что. Проводить до подъезда?
– Не надо. Что я, маленький, что ль? – возразил Женя.
– Большой, конечно. Ну давай, беги. Мама, наверное, волнуется, – поддержал его Алекс и протянул руку, как взрослому.
Женя с гордостью ее пожал. Ему было приятно, что его воспринимают как настоящего мужчину.
– Дядя Алекс…
– Давай только без «дядь». Просто Алекс, мы же друзья.
– Хорошо… Алекс, а можно я буду тебе иногда писать?
– Можно. Номер ты знаешь.
Открытый, полный восхищения взгляд обезоруживал. Гилберт растерянно улыбнулся, не зная, как правильно себя вести.
– До свидания, – радостно воскликнул Женя и, подхватив свою сумку, направился в сторону дома.
Алекс дождался, пока тот скроется за подъездной дверью, затем сел в машину и вырулил на проезжую часть.
***
Немного постояв на лестничной площадке возле своей квартиры, Женя все же нажал на звонок.
Дверь тут же отворилась.
– Мам? – удивился он, глядя в обеспокоенные глаза матери.
– Женька, сынок, ты чего так пугаешь? – дрожащим голосом спросила Лиза и прижала его к себе. Облегчение ударной волной прокатилось по телу, стальные тиски страха разжались, высвобождая жгучие слезы.
– Мам, прости, я не хотел, – прошептал мальчик, крепко обнимая ее в ответ.
– Где ты был?
– Папу ждал, потом замерз и домой пошел.
– Все нормально? С тобой точно все хорошо?
– Да, мам, не переживай, – Женя отстранился и начал раздеваться, все еще опасаясь встречи с гневом отца.
– Как ты добрался?
– Пешком.
Он соврал, побоялся рассказать о своем новом друге. Не знал, как воспримут это родители, и предпочел не рисковать.
– Далеко же… – вздохнула Лиза, представляя, как он шел от спорткомплекса в такую погоду, да еще и с тяжелой сумкой. – А с телефоном у тебя что?
– Батарейка села.
– Ну сколько раз я тебе говорила, заряжай вовремя.
– Да я заряжал. Просто батарейка не держится уже, на день не хватает.
– Я забыла, извини. Давай руки мой и за стол.
Закинув баул к себе в комнату, Женя ушел в ванную.
– Какая же ты сволочь, Краснов! – прошипела Елизавета, переступив порог кухни.
В голове не укладывалось, как можно было забыть про собственного сына.
– Нормально же все.
– Неужели в тебе нет ничего святого? Ведь он ребенок, маленький.