Эпинэ помнил, как у Альтхекс Ворон погнал дриксенскую конницу на собственную пехоту, и это при том, что кавалерия кесаря славится дисциплиной и выучкой! Робер пробовал говорить об этом с Адгемаром, тот кивал седой головой и делал по-своему.
Простучали копыта, знаменуя появление командующего левым крылом. Тоже глупость. Эпинэ еще не видел Лулла́ка в деле, но, по словам Мильжи, племянник Лиса годился в полководцы куда больше Туххупа и самого казара. Конечно, чванным казаронам, большинству из которых перевалило за пятьдесят, вряд ли понравится ходить в подчинении у молокососа, но Адгемар сидит на престоле крепко.
Луллак, такой же статный и красивый, как и Адгемар, спрыгнул с коня и скрестил руки на груди, приветствуя венценосного дядю. Молодой полководец казался озабоченным.
– Талигойская пехота ночью вышла в поле и встала напротив лагеря, ближе к моему крылу. Вся или в роще кто-то прячется, не видно. Думаю, прячется, уж слишком их мало.
– Мы втопчем захватчиков в конский навоз! – прогремел не страдающий разнообразием мыслей Туххуп. Всё, от породистого орлиного носа казарона до сверкающих золотом сапог, излучало самодовольство – чувство накануне боя, мягко говоря, неуместное, особенно если твой противник – Рокэ Алва.
– Это мудрое решение. – Белый Лис посмотрел на распустившего хвост придурка с нескрываемым одобрением. – Пусть ваши воины сметут захватчиков с лица земли.
Атаковать удобнее с левого крыла или из центра, при чем тут Туххуп?! Да его вообще лучше связать и засунуть в мешок, чтобы чего не натворил.
– Казар, – кинулся в бой Луллак, – мои люди стоят ближе к противнику! Позволь нам начать ударом во фланг, а Багряные пойдут в лоб.
– Молодость должна склониться перед опытом, – отрезал Адгемар. – Бой начнет и закончит отважный Туххуп. Наше вмешательство вряд ли потребуется, мы станем лишь свидетелями его славы."
"Разумеется, отважный Туххуп в ответ прокричал про конский навоз. Белый Лис расплылся в медовой улыбке, казарон картинно вскочил на гнедого жеребца. Сбруя была роскошной, но самого коня, на взгляд Эпинэ, слишком раскормили. На таком еще можно принимать парад, но не сражаться.