Однако по прошествии нескольких секунд он расслабился и снова обратился ко мне:
– Сначала покажи мне их.
– Что показать? – спросила я.
– Знаки. Покажи, скольких стригоев ты убила.
Мелькнула мысль – может, это еще какой-то трюк? Все взоры были прикованы ко мне. Слегка повернувшись, я приподняла волосы и продемонстрировала татуировки на шее, маленькие знаки в форме молнии и еще особый знак, полученный за последнее сражение. Судя по тому, как удивленно Денис разинул рот, он никогда не видел такого количества этих меток.
– Еще что-нибудь? – спросила я.
– Ты впустую тратишь время, – сказал он наконец и указал в сторону окружавших нас людей. – С ними. Здесь. Ты должна поехать с нами в Новосибирск. Мы поможем сделать так, чтобы твоя жизнь обрела смысл.
– Только я могу распоряжаться своей жизнью. – Я кивнула в сторону улицы. – Вас просили уйти. Теперь уходите.
Я затаила дыхание, все еще напрягшись в ожидании драки. Но нет – спустя несколько мгновений они отступили.
– Такая жизнь тебе не по нутру, и ты понимаешь это. Если передумаешь, ищи нас на Казакова, восемьдесят три. Мы уезжаем завтра на рассвете.
– Вы уедете без меня, – ответила я.
От улыбки Дениса мороз снова побежал у меня по коже.
– Посмотрим.
Четырнадцать"
"Стычка с Денисом оставила меня в еще большем смятении, чем прежде. Это была шокирующая иллюстрация к предостережению Марка, воплощение того, кем я могу стать, если не буду осторожна.
Виктория практически лишила меня возможности без конца жевать эту жвачку. Позже вечером, когда вся семья собралась в гостиной после очередного чересчур сытного обеда, она спросила Алену:
– Можно мне пойти к Марине? Она устраивает вечеринку перед возвращением в школу.
Здорово! Похоже, не только Эйб и алхимики имеют свои секреты. Я переводила взгляд с Алены на Викторию, любопытствуя, чем все закончится. Алена и Ева вязали, но Ева не подняла взгляда. Виктория говорила по-английски. Лицо Алены приняло задумчивое выражение.
– Тебе же уезжать в школу завтра рано утром.
– Знаю. Но я могу поспать в автобусе. Сегодня там соберутся все.
– Все – это не аргумент, – усмехнулась Алена.